Понятно, что все в машину не влезли, как не теснись (нагрузились всё-таки изрядно, хоть и десятой части того, что хотелось бы, не увезли), но все равно тесно. Гришка за рулем. Рядом с ней Светланка, как самая старшая из «переселенцев». И на задней скамеечке, наполовину заваленной грузами, кое-как примостились младшие. Сам же Шрам, вместе с Сумраком и пленным Эдиком, шли пешком (ладно хоть от рюкзаков избавились). Гришка же тоже не торопилась. Ехала еле-еле. Часто останавливалась, слушая мотор и не спеша отрываться от своего пешего начальства.
Так что к оставленным машинам на трассе добрались вместе. Там, кстати, действующих лиц добавилось. Стоял чёрный двухдверный типа джип (Опель Фронтера), пара мотоциклов и классический такой УАЗик. Козлик. «Армейского» горчичного цвета.
Подошедший Шрам (к огромному облегчению Лешего) тут же поручкался и перезнакомился со встречающей делегацией из Падеринки. Как понял Саня, тут собралась вся верхушка анклава.
Мешок - двадцатилетний парень. Работавший до Беды на местной молочной ферме. Единственный, кому не просто пришло в голову сохранить хотя бы часть стада в стойлах, но и у которого хватило сил и возможностей это сделать. И, пускай, ему удалось сохранить, чуть больше половины всего стада, но и это были сотни коров. Их как так-то нужно было обслуживать, кормить, чистить, доить... Взамен этого в деревне всегда было вволю свежайшего молока и мяса (большинство бычков и наиболее старых коров пришлось таки пускать под нож. Не сразу. конечно, но снижение численности шло постоянно.) Излишки продавались всем соседям. Всем, кто готов был покупать... Короче, обычный паренёк сам не понял, как оказался во главе всего анклава. Сам он для этого не делал практически ничего. Он лишь хотел сохранить то, что имелось. Остальные сами сплотились вокруг него.
Кастет - сын местного охотника. Боевитый паренек пятнадцати лет, возглавивший местную добровольческую дружину. Сильно упрощенный аналог армии или милиции. Тот же Тимур со товарищи на блокпосту в Костоусово — подразделение его дружины. Только благодаря усилиям Кастета Падеринка сумела сохранить самостоятельность. Пришлось даже повоевать немного. Даже до сюда добирались летучие разведчики восточников Шварца. Благо, что это была всего лишь разведка. Шварц не любил долбиться головой в неприступные стены, и как паук прощупывал окружающее пространство в поисках слабины. И найдя такое место, вцеплялся в него мёртвой хваткой. Кастет же сумел дать достойный отпор и лидер восточников переключился на другие цели. А у Кастета, помимо охотничьих ружей, коими поголовно была вооружена его дружина, появились два трофейных автомата.
И третий персонаж — Дядя Фёдор. Федька родился, если так выразиться, поздним ребенком у уже довольно взрослых родителей. Его папа, сам автомеханик и байкер, сразу с малолетства стал приучать его к технике. В свои пять лет Федя сел на даче не на двухколёсный велосипед, а на мини-мотоцикл с автоматической коробкой передач. Постепенно взрослея, Федя познал и ремонт мотоцикла, а также стал заниматься в юношеских соревнованиях по мотокроссу. На даче у его папы был построен современный ремонтный бокс с подъёмником, фрезерным и токарным станками, промышленный сверлильный станок, пневмо-пресс, газо-электросварка. И Федя постепенно втянулся в ремонт мототехники, сначала стал ремонтировать мотики и скутеры друзьям по даче, а затем стал скупать за 3-4 тысячи рублей убитые-сломанные мотоциклы и стал их восстанавливать, варил сваркой кузовные работы , вилки, корпус, шпатлевал и красил, делал капитальный ремонт двигателю и коробке передач, покупал через Озон запчасти, и готовый мотоцикл, опять же, через знакомых продавал уже за 15-25 тысяч рублей, делая себе прибыль тысяч в 5-10. К шестнадцати годам у Феди уже были права на вождение и мотоцикла, и легкового автомобиля. Счас Феде 17 лет и перед самой Бедой отец уже купил ему его первую личную машину. Вот этот самый стоящий на дороге чёрный джип, Опель Фронтера 1997 года выпуска, в хорошем состоянии. Вот вы говорите: Толстый, Винтик, Гришка... Да второго специалиста такого вот уровня, пожалуй, во всем Кургане больше не осталось! Среди молодых это такая редкость, как бриллиант в навозной куче, а сорокалетние спецы все как один не пережили Беды.
Именно Дядя Федор и заговорил первым с прибывшим Шрамом, давая время своим товарищам пока присмотреться к тем, кто это пожаловал к ним в гости:
