Тель-Авив, который с первого взгляда показался мне маленьким и невзрачным, вскоре явил мне свои небоскребы, фешенебельные гостиницы и прекрасную морскую набережную, где по субботам, в шаббат, танцевали люди. Здесь жили вместе евреи, арабы и христиане – и, вопреки всему, о чем сообщали советские газеты, не враждовали, а, напротив, как-то улыбчиво и славно соседствовали. Меня до глубины души поразило их отношение к жизни – с молитвой и уважением традиций. Жители Тель-Авива показались мне одной большой и сплоченной семьей.
На пару дней я съездил в Назарет. Поднимаясь по серпантину, петляющему от подножья Священной горы, я видел далеко внизу арабские поселения, затем – христианские. Впервые в жизни я ощутил весь магнетизм и святость этого места, родины наших предков, Авраама, Исаака и Якова, и трех главных мировых религий. В Вифлееме я навестил сына маминой подруги, Виталика, с которым тоже было связано множество детских воспоминаний – когда я гостил у них в Нальчике, они с братьями водили меня на рынок и учили кататься на велосипеде. Фотография, где Виталик в шутку дает мне, трехлетнему, зажженную сигарету, до сих пор хранится у меня дома. И вот теперь мы вместе едем в Вифлеем, и я чувствую, как все в моей душе становится на свои места.
Разумеется, я провел много времени на море – погонял на взятой напрокат в местном клубе яхте, загорел дочерна на палящем израильском солнце. Как ни пытался я отблагодарить своих родственников за гостеприимство, сделать мне это они все равно не позволили. Кредиток тогда не было, и я повез все свои наличные обратно в Москву, так практически ничего и не потратив.
В самолете я снова думал о своей жизни, о вере в Бога и о том, что пора заканчивать встречаться с молоденькими девочками. Надо выбирать в спутницы кого-нибудь постарше, думал я. Мне в очередной раз казалось, что я все понял и все распланировал. Что ж, я в очередной раз ошибался.
По приезду в Москву, отдохнувший, загоревший и наполненный верой, я делился впечатлениями об Израиле и родственниках, оказавших мне такой теплый прием. Мама расспрашивала о Берте и Виталике, отец – о политической обстановке в стране. Скоро, раздав все привезенные подарки, я уже вернулся к привычной московской суете и в один из дней, посадив за руль новенькой Вольво своего молодого водителя, отправился в один из самых модных клубов столицы.
Был обычный субботний осенний вечер. К вечеру немного похолодало, и я накинул легкую куртку. Чувствовал я себя превосходно, пока, еще не растеряв ни воодушевления от поездки, ни морского загара. Клуб, в который мы приехали, хоть и считался местом гламурным, но при этом оставался, однако, небольшим, уютным, даже камерным. Здесь часто выступали молодые и очень талантливые танцоры – причем, можно было увидеть и серьезные постановки известных хореографов.
Мы выбрали столик рядом со сценой, выпили пару коктейлей, обсудили бизнес. Мой водитель Ленька рассказывал о том, как шли дела в нашей компании в мое отсутствие, время от времени переводя разговор на семейные темы. Говорил о своей младшей сестренке, которой, по его словам, я очень нравился, так что, раз уж моя свадьба не сложилась, то, может быть теперь? … На сцене между тем один танцевальный номер сменялся другим, и атмосфера становилась все более магнетической.
Наконец, свет в очередной раз погас, и в лучах софитов появились последние танцовщицы. Эти девушки, несомненно, были кульминацией вечера. Современный балет с элементами хип-хопа и джаза, бальные платья, какая-то неожиданная и тонкая красота исполнительниц…
Я глаз не мог оторвать от солистки – высокой блондинки с очень необычной пластикой и пронзительным взглядом. Такой типаж обыкновенно сводит мужчин с ума – сочетание женской притягательности с ангельской невинностью, кротостью и недоступностью. Я влюбился мгновенно, ураганно.
Ленька посмотрел на меня, сразу все понял, допил свой коктейль и пошел за кулисы знакомиться – не с моей Венерой, с кем-то из ее подруг. Такой наглости я мог только позавидовать, тем более, что знакомство удалось, и через полчаса мой водитель уже просил довезти девушку до дома, не афишируя при этом, кто из нас босс и кому принадлежит Вольво.
Вместо одной девушки из служебного хода клуба вышли сразу три, и, к моему удивлению и счастью, среди них была и та, чьим танцем я был так околдован. Пока все рассаживались в нашей машине, я все никак не мог поверить, что это не сон. Ленька сел за руль, я – на переднее сидение, и мы тронулись с места.
Язык у моего водителя был подвешен отлично, и он без умолку болтал всю дорогу. Я молчал, робел и только кивнул, когда Ленька представил меня как своего друга. Впрочем, та, что понравилась мне больше всех, тоже молчала, читая в темноте машины какую-то неизвестную книгу. «Алена, – вдруг сказала одна из подруг. – Оставь уже свой учебник истории, ночь же!». Так я узнал, что ее зовут Алена, и мы поехали дальше.
