— Не ходи
Я остаюсь одна с затвердевшими сосками, пульсирующей между ног болью и челюстью, которая вот-вот отвалится.
Мягкий щелчок, с которым он запирает меня внутри — жест защиты. Мой дедушка делал то же самое для меня с бабушкой до самой своей смерти. Это заставляет меня растаять, хотя разум крутится в полнейшем хаосе.
Но это не отменяет его полного пренебрежения к моему личному пространству. Я так и не получила ответа, зачем он вообще был здесь.
Я смотрю вниз на бело-розовый вибратор в руке и стону. Что, черт возьми, он забыл в моих вещах? Почему, блядь, я не швырнула эту штуку прямо ему в лицо за вторжение в мою комнату? А еще хороший вопрос — почему я не попыталась запихнуть его ему в глотку и заставить подавиться, вместо того чтобы позволить сердцу дрожать от того, как он поцеловал мою чертову шею?
Что мне теперь делать?
Тот факт, что этот мужчина заставляет меня вибрировать от желания, убивает.
Глава 13Коннор О'Дойл

— Какого хера ты делаешь? — кричу я, когти прорываются сквозь пальцы.
Стоя за дверью огромной гостиной, я впиваюсь взглядом в здоровяка, сидящего на большом бордовом диване, его внимание сосредоточено на экране телевизора, свисающем с потолка. Мне потребовалась целая вечность, чтобы выследить его, и это стало еще труднее из-за того, что я едва улавливаю его запах. Значит, он наверняка использует что-то, чтобы блокировать свой аромат. Пульс бешено стучит в венах, затылок становится влажным от гнева, волнами накатывающего на меня.
Я обыскивал замок в его поисках целый час.
Фрэнк поворачивает голову и кивает мне с огромного продавленного дивана — подарка для Влада в те времена, когда я пытался заставить его смотреть фильмы.
— Я мог бы спросить то же самое, — Фрэнк играет с пультом, переключая каналы. — Что ты делал в спальне женщины?
Конечно, он почувствовал меня там. И вместо того чтобы помочь, он ничего не сделал. Он просто хочет видеть, как я страдаю, пока он здесь — я уверен в этом.
— Зачем ты отправил ее в ванную, зная, что я там? — я впиваюсь взглядом в его затылок, прижимая когтистые руки к бокам. — Почему бы тебе не освежиться? — передразниваю я его, добавляя драматизма. — Придурок тупоголовый.
Я оглядываю огромную комнату, замечая одеяло. Похоже, он поселился здесь надолго. Впрочем, я и не выделил ему комнату — хотел, чтобы он понял намек и убрался к черту, так что неудивительно, что он нашел себе место.
— Что ты вообще здесь делаешь?
— Думаешь, я хочу торчать в этой дыре, кишащей людьми? Я жду зацепку, а потом уберусь с твоего загривка38, — он закидывает руку на спинку дивана и делает глоток из стакана.
Я морщусь от замешательства при виде этого.
— И с каких это пор ты пьешь?
Фрэнк постоянно предостерегал нас от последствий употребления алкоголя и впадения в запой, не из-за риска для нас самих, конечно, а опасаясь проблем с людьми из-за распущенных языков.
— С тех пор, как решил начать, — он поворачивает голову и сверлит меня жестким взглядом. — Кто здесь был, Дойл? Потому что, по словам Феликса, двери открылись месяц назад, но я проверил всех, кто прибыл, даже Джорджа. Я знаю, что ты что-то знаешь о взломе Talbot Global. Скажи мне, и я оставлю всех твоих питомцев в покое. Все просто.
— Уверен, Феликс был в восторге от того, как ты допрашивал его партнера, — говорю я, спускаясь на уровень ниже, туда, где стоит диван, утопленный в полу.
— Он среагировал так, как ты и предполагаешь — крики и истерика, но это не имеет значения, — в его взгляде вспыхивает оранжевый огонь, а я невозмутимо наблюдаю, как он хрустит шеей, выпрямляясь. — Просто скажи, кто здесь был, и я уйду.
— Никого здесь не было. Веселый зеленый великан может отправиться на охоту в какой-нибудь другой замок, — спокойно лгу я, проходя мимо дивана к буфету, где у Фрэнка стоит графин с виски и пустой стакан. Похоже, он в какой-то момент собирался выпить со мной.
Нет записей о том, что кто-то был здесь неделей ранее, потому что Обри приехала на неделю раньше всех остальных, и никто не знал об этом, кроме Влада и меня. Когда я пересмотрел свои записи после того, как Фрэнк назвал точный временной промежуток, выяснилось, что ни один из других гостей, включая Джорджа, тогда еще не прибыл.
При мысли о том, что Обри снова может попасть в лапы Фрэнка, меня накрывает волна защитного инстинкта. Влад определенно убил бы его и разорвал все связи, которые держат нас вместе, а я не могу допустить, чтобы это случилось. Я боюсь, что она знает, кто это сделал. Другого объяснения нет — разве что кто-то намеренно перенаправил свой VPN на нас, чтобы посеять раздор между Владом, Фрэнком и мной.
— Тогда почему у меня есть половина сообщения от вора — единственный след — и оно указало на этот адрес в тот день?
— Здесь никого не было, Фрэнк. Ты не думал о том, что кто-то мог перенаправить свой VPN через нас в качестве отвлекающего маневра?
