— Нынче у нас настали такие времена… — начал говорить я тоном былинного сказителя. — Такие времена, что дела личного характера в Вышемире у всякого неизвестного местным властям мага представляют опасность для общества, и ежели такой маг на сотрудничество не идет — то за ним начинают следить весьма пристально…
— Вы мне угрожаете? — искренне удивился маг. — Мещане угрожают полноценному магу? Вы знаете, кто я?
— Нет, но очень хотим узнать, ваша милость. Назовите вашу без сомнения благородную фамилию, ваше не менее благородное имя и весьма достойное отчество, и цель визита. Или — сворачивайте на тракт и езжайте куда угодно…
— Ты еще не понял, господин хороший? Я не собираюсь! И никто из вас не сможет…
И тут я — цап! — и ухватил его за запястье.
— Однако, смогу, — говорю. — И захочу.
Его лицо вдруг подернулось странной рябью, черты поплыли, стали трансформироваться, менять форму… Выглядело это очень странно, но руку я его не выпускал. Вдруг его физиономия точь-в-точь скопировала мою:
— Однако! — проговорил рыжебородый молодой мужчина с нехорошим прищуром. — На случай встречи с нулевками и тому подобными типами я и взял с собой друзей.
Я понятия не имел, что за существо сейчас ухватил за руку, но в голову приходили в первую очередь допплеры Сапковского — метаморфы, которые могли копировать внешность кого угодно. Если честно — я растерялся. Он на это и рассчитывал, точно. Вот только не учел, что мне уже приходилось общаться со своими альтер-эго, и что они могут вырваться из-под контроля, если я этот контроль ослаблю.
— А НА ЭТОТ СЛУЧАЙ ТЫ КОГО С СОБОЙ ВЗЯЛ, ГРЕБАНЫЙ ТЫ КОМЕДИАНТ? — из моей глотки раздался страшный драконий рык, а глаза заполыхали огнем.
Благо, мужики моей рожи в этот момент не видели. А вот уруки — видели. И реакция их была весьма неожиданной.
— Гарн! — почесал себе мечом затылок один. — За гхаш-тарг?
— Мал? — удивился второй.
Они казались сильно озадаченными. И явно — по моему поводу.
— Да вот, этот чел! — ткнул кардом в мою сторону третий. — Гля!
Я не растерялся — и ухватил мага за второе запястье. Так надежнее. Теперь не наколдует особо! В тот момент я и забыл про негатор у Кравченки в кармане, если честно, больше рассчитывал на свои способности нулевки, а точнее — на их полное отсутствие.
Уруки меж тем, очевидно не переживая за судьбу своего нанимателя, принялись громко и переговариваться на черном наречии, перемежая его вполне понятными русскими словами, а потом тот, что чесал башку мечом, как-то задумчиво пророкотал:
— Слушай, твоя милость, давай — иди это… Напиши им там все, чего они хотят и натыркай в своем этом браслетике. Или мы поднимаем оплату за найм. В связи с возникновением обстоятельств форсмажорного характера. Не, мы от найма не отказываемся, но пункт номер двенадцать ты читал. Это как раз тот случай. Захочешь пояснений — мы поясним, это как два пальца обоссать. Десятикратную таксу потянешь — и мы ща-а-а тут кишки на деревьях развешивать начнем, душевно и лихо, и этого… Который гхаш-тарг — его тоже выпотрошить попробуем. Не победим — хоть сдохнем красиво и легендарно, ы-ы-ы-ы! Но за тыщу денег — это только как договаривались. За тыщу на троих — хлебальниками поторговать и охренительное впечатление произвести.
Лицо мага снова размылось. Сначала оно стало похожим на уручью рожу, потом — на лик Государя, потом — на личико распрекрасной авалонской эльфийки… А потом дядечка в красивом белом пальто сказал досадливо:
— Курбский моя фамилия. Ипполит Матвеевич. Так и запишите. В «Бегемот» еду, свидание у меня.
По сравнению с Курбским и уруками все остальные ситуации и конфликты на блокпосту уже казались какими-то пресными. Народ до конца дежурства пребывал в неком дуроватом возбуждении: все-таки целый маг-метаморф и три машины смерти — такое не каждый день увидишь! И мы их вроде как призвали к порядку и заставили играть по правилам! Молодцы? Еще какие?
Конечно, мы связались с Холодом и рассказали ему о свидании в «Бегемоте», он обещал держать нас в курсе. И сообщили Криштопову — он обещал пригнать к «Бегемоту» ребят с гранатометами, и с негаторами — тоже, потому как о точных возможностях загадочного Курбского оставалось только гадать.
Обратно Ипполит Матвеевич с уруками на своем псевдо-крайслере проследовали ближе к полуночи, и уруки корчили нам дикие рожи из окон, высовывали языки самым похабным образом и показывали неприличные жесты — персонально мне. Вот же бедовый народ! Совершенно понятно, почему у них такая высокая смертность в подростковом возрасте!
Грузовик со сменой — группой дружинников с улицы Ивана Грозного приехал утром. Их командир — молодой отставник-офицер, служивший во время войны где-то в Нахичевани — провел ревизию пакгауза и всего остального оборудования, переговорил с Кравченко, а потом, провожая нас, похлопал ладонью по борту грузовика. Традиция такая!
