Заметно потеплело, начиналась оттепель. Грузовик шелестел шинами и покачивался, неспешно двигаясь к Вышемиру. Над утренней дорогой стоял туман, тент кузова мы отбросили и теперь пялились на заснеженные поля и теряющийся в дымке блокпост с земляками дружинниками.
Несколько человек подхватили:
Получалось у них, если честно, здорово.
Я откинулся на скамье, оперся затылком о борт и закрыл глаза, чувствуя, что начинаю задремывать, несмотря на пение соратников. Впереди меня ждал тяжелый день.
Меня вызвали в военкомат — просто позвонили на мобильный, и вручили награду. Военком — средних лет, аккуратно подстриженный и гладко выбритый подполковник с танкистскими погонами земских войск пожал мне руку и сказал:
— Благодарю за службу! — и прицепил мне на лацкан орден святого Георгия Драконоборца четвертой степени. Подполковник оглядел меня стогим, но одобрительным взглядом и проговорил: — Насколько известно — за подвиги как раз на ниве защиты богохранимого отечества от драконьей напасти вам и третья степень скоро на грудь упадет. Но это уже по другому ведомству… Вы у сыскарей ведь работаете?
Мне — и Георгия Драконоборца! Однако, какая-то трагикомедия получается! Но вслух я ответил:
— Подрабатываю.
Похоже — имелся в виду почивший в Бозе от апоплексического удара тростью по голове Инлун Ао-Джун! Это что, где-то в верхах пересмотрели оценку событий? Теперь Пепеляев — молодец, а не Чарторыйский сотоварищи? Тут я едва сдержался, чтоб не выматериться, пожал руку военному комиссару, и быстро-быстро покинул стены казенного здания на улице Земской. И орден в карман спрятал — пусть это и нарушение статута. Ясе потом покажу, посмеемся вместе над дурацким каламбуром, а так — награда эта Гошина, не моя.
—
— Гоша? — моему удивлению не было предела.
Что-то слишком много событий для одного дня! Это его так общение с менталистом раздухарило, что скромняга решил высказаться вне Чертогов Разума? Впервые за все эти месяцы!
—
— ГЫ-ГЫ-ГЫ! — сказал дракон. — ХРЕНА С ДВА У НАС БЫЛ БЫ ОРДЕН, ЕСЛИ БЫ ЧАРТОРЫЙСКОМУ НЕ ПЕРЕЛОМАЛИ ВСЕ КОСТИ И НЕ ЗАПИХАЛИ ЕГО В КОЛЕСО!
— Так, все, кончаем бардак внутри общей черепной коробки! — прошипел я. — Куча дел впереди!
— ЗА ВОДКОЙ ЗАЕХАТЬ НЕ ЗАБУДЬ! — снова подал голос дракон. — СОСЛУЖИВЦЫ ОЦЕНЯТ!
— За алкоголь у нас Радзивилл отвечает, обещал все организовать… — неуверенно проговорил я. — Но в магазин, наверное, нужно зайти, да… В конце концов, коту и псу чего-нибудь купить, рыбки там копченой, костей мозговых. Сотрудников иногда надо баловать! Да и сослуживцам сладенького возьму.
Олежа Мельник, Дядька и Чума уже собрали команду из ветеранов Поискового батальона и с самого утра выехали из Мозыря в сторону Горыни. Старый Христофор Радзивилл в теле молодого Кшиштофа готовил им подробный план подземелий, а Тимофей Васильич Табачников и Клим Комиссаров — шустрили по поводу кормежки. Так что я, покинув военкомат, все-таки двинулся в сторону магазина — продукты лишними не будут, да и вообще — несколько бутылок крепкого, пожалуй, стоило взять. И каких-нибудь консервированных фабричных рулетов со вкусом клубничного ароматизатора или маленьких бисквитиков, от которых печет в горле из-за обилия в них стабилизаторов и эмульгаторов. Была такая тема в Поисковом — есть всякую сладкую гадость после удачного рейда, так что пацаны точно оценят!
Пока я бродил меж продуктовых рядов, радуясь царящему на полках изобилию, за мной ходил какой-то тип в панамке. И пялился на меня. Корзинка его была пуста, он как кретин шатался следом и посматривал, посматривал — то искоса, то в упор, то через зеркала витрин. А потом — трусцой побежал на выход, бросил корзинку, вышел на улицу и остался стоять у дверей, разглядывая меня через окно.
— Это что — местный болящий какой-то? — спросил я у продавщицы.
— В первый раз его вижу. Здравствуйте, Георгий Серафимович! — улыбнулась мне работница торговли. — А я — мама Толи Морковкина! Он вас очень любит и только хорошее про вас рассказывает. Он начал смотреть исторические фильмы, представляете? И нас с мужем подсадил…
