В толпе мелькнул высокий мужчина с темными волосами и у меня замерло сердце. На какую-то долю секунды я подумала, что это Дроздобород. Подумала, что он пришел поиздеваться, пришел опустить меня и унизить еще сильнее. Этот мужчина заставлял меня чувствовать себя беспомощной и никчемной. Брошенной. Мысли закономерно обратились к Лаэрту. Где же он? Мне известно, что он ушел в город, но что случилось с ним дальше? Мизил слишком большой город, чтобы ходить и опрашивать прохожих, не видели ли они привлекательного мужчину в кожаной куртке. Слишком большой город и мой муж мог оказаться в любом его уголке.
— Покупайте ежевику.
— Почем? — коротко бросила растрепанная молодая женщина с красным лицом и плюхнула свои сумки у прилавка.
— Всю корзину можете забрать за… — я глубоко вздохнула, готовясь озвучить цену. Прежде чем приступить к торговле, я прошлась по рынку, изучая цены на ежевику, так что знала, какую цифру нужно назвать. Но легче от этого не становилось. — Двенадцать гиней за все, — выпалила я.
Двенадцать гиней это сто двадцать фартингов, это тысяча двести медяков. Двенадцать гиней это сущие пустяки. Мое платье стоит в десять раз дороже. Двенадцать гиней это огромная сумма. Это сыр, хлеб, масло, мясо, овощи, молоко, зелень. Еда, которой можно набить мой пустой желудок.
— Дорого, — проворчала женщина. — Она же у вас подавленная вся.
«Как и я» — пронеслась в мозгу нелепая шутка.
— Если вы пройдете по рынку, то убедитесь, что такой объем вам продадут не меньше, чем за пятнадцать гиней, — описывала преимущества я. Хотелось отдать ей эту корзину и забиться куда-нибудь в угол. Я не умею торговать. Нелепая и неловкая Эйлин, из которой никогда не получится торговка. Ну, разумеется. Мне ведь полагалось сделать хорошую партию, родить пару ребятишек (дети ведь и умирают, так что непременно нужен запасной наследник), а потом не высовываться и заниматься своими делами. Вместо этого я здесь, в чужом городе стою за прилавком и пытаюсь заработать немного денег.
— Ну, не знаю, — с сомнением протянула покупательница. — На пирог, может, сойдет, конечно… Плачу десять гиней.
— Согласна, — быстро проговорила я. Настоящие живые деньги в моих руках! Возможность купить еды, а если повезет, то и что-нибудь из одежды. И стаканы. Непременно нужны стаканы. В следующий раз буду продавать в них. Так выйдет выгоднее.
Покупательница долго копалась в потертом кожаном кошельке, вылавливая медяки и фартинги. Потом целую вечность считала и пересчитывала монеты. Когда, в конце концов, она потянулась к корзине, я была так счастлива, что не сразу сообразила что к чему.
— Погодите! Ежевика продается без корзины.
— Как без корзины? А что же, я ее в руках понесу? Вы как себе это представляете, девушка? — возмутилась покупательница.
— В магазинчике у Гнада вы можете приобрести какую-нибудь тару.
— Нет, ну надо же! Если уж продаете втридорога товар, так могли бы и обеспечить и емкость! Знаете что, ничего я у вас брать не буду. Забирайте свою ежевику, отдавайте мои деньги!
Я растерянно переводила взгляд с корзины на покупательницу, а с покупательницы на монеты, рассыпанные по прилавку.
Корзину отдавать нельзя. Должна же я в чем-то завтра принести ягоды. А если не продам свой товар сегодня, то завтра, возможно, не доберусь до города — сил не будет. Что же делать?
«Хлеб, молоко, сыр, мясо, зелень, яйца» — проносилось у меня в голове. Короткое заклинание «хлеб, молоко, сыр, мясо, зелень, яйца». Приоритеты, Эйлин. Что первично? Что важнее?
— Вы, конечно, можете взять с корзиной. Не забудьте только в следующий раз вернуть ее мне, хорошо? — с доброжелательной улыбкой протянула я женщине корзину. О дополнительной плате за корзину решила не заикаться. Нельзя позволить покупательнице соскочить с крючка, нельзя позволить ей уйти без покупки. Дело даже не в том, что у меня нет денег и шкафы пусты. Я просто не переживу еще одной неудачи. После сегодняшнего столкновения с Дроздобородом, после того, что он мне наговорил… мне нужна хотя бы одна маленькая победа. Мне это нужно!
— Вот так бы сразу, — буркнула женщина и, подхватив свои сумки, ушла.
— Надула она тебя, — моя соседка перебирала помидоры. Покупатели схлынули и у нее наступило затишье. — И корзину взяла, и товар. Да еще и за такие деньги. И можешь не надеяться, что она ее вернет. Слишком уж хороша тара.
— В таком случае, ее ждет сюрприз, — ухмыльнулась я, собирая деньги. Каждая монета казалась мне прекраснее любого шедевра из отцовского дворца. Прекраснее живых картин и статуй известнейших мастеров. Деньги. Мои собственные. Заработанные тяжким трудом. — Там дыра в днище.
— Надо же… — протянула соседка, и в ее взгляде мелькнуло нечто похожее на одобрение. — Ну что же, ты, погляжу, уже продалась на сегодня.
— Кажется, да, — кивнула я. Мой заработок уже занял свое место в кармане платья.
— Может, помидоры нужны? Недорого. Пять фартингов за килограмм.
Я прикинула имеющиеся у меня запасы и решительно покачала головой.
— Спасибо, но в другой раз.