– Эти недостойные создали профсоюз и закидали жалобами корпус стражей империи. Мол, похищаем мы их из Мертвого мира, заставляем делать всю грязную работу по дому. Не платим, держим в черном теле… Бла-бла-бла. Маг-император издал указ, по которому призыв демона считается вне закона. С тех пор стража отслеживает все порталы в Мертвый мир. Мимо них даже муха не пролетит.
Нокс недоверчиво захлопал глазами.
– И ни один гребаный маг не взбунтовался?
Боргер тяжело вздохнул.
– Многое поменялось за двести лет, хозяин. Темные перестали рождаться. Их, считай, на свете не осталось. А светлые объединились в гильдию. Магичат мало, в основном, по целительству. Покойный Бломви был у них за главного. Двадцать лет на посту. Хвастал, что заменить его маг-императору некем. Один из сильнейших.
– Выходит, вакансия освободилась, – от недоброй ухмылки мага у меня по спине прошел озноб. – Ничему их жизнь не учит. На моем заднем дворе куча места для тех, кто верит, что их некем заменить.
– Гости со свадьбы могут пожаловаться маг-императору, – негромко заметила я, но все равно привлекла к себе внимание. Насмешливо приподнявшего бровь Стирра, и зыркающего исподлобья кобольда.
– Вот и отлично, – пожал плечами маг. – Не придется тратить бумагу и чернила на составление вежливого письма. Не мой это конек. Предпочитаю ультиматумы и угрозы. Ладно, Боргер, раз демонов у нас нет, отправляйся-ка ты в веселый дом госпожи Коко – или кому там из ее потомков он сейчас принадлежит? – одолжи у них пару-тройку резвых девиц. Пусть они устроят уборку.
И снова тяжелый вздох.
– Хозяин…
– Ну что еще? Она самолично мне абонемент бессрочный подписывала. Пусть отрабатывают.
Пришла моя очередь закашляться. Никто из присутствующих даже внимания не обратил.
– Абонемент-то у тебя бессрочный, а самого веселого дома, считай, лет сто уже нет.
Нокс опешил.
– Как нет?
– Его маг-император прикрыл. Нечего, говорит, разврат в столице устраивать. На том месте теперь трактир. А девицы разбежались, кто в услужение, кто замуж повыходил.
– Вот гнилье, – пнул валявшийся стул взбешенный блондин. – Да провались все в болото. Во что они без меня превратили империю? Еще один пункт к длинному счету, что я предъявлю Виктору… Боргер, где Кларисса?
Кобольд заворчал.
– Я эту гадину с твоего исчезновения не видел, хозяин. Сгинула, поди, в какой-нибудь сточной канаве. Там ей самое место.
Не похоже, что Кайнокса сильно расстроило это известие. Он даже бровью не повел. Кем бы не приходилась ему эта Кларисса, сильных чувств он к ней не питал.
– Хорошо, раз у нас нет лишних рук, вам с деревенщиной придется самим разгребать весь мусор.
– Слышала, замарашка? – заверещал подскочивший ко мне кобольд и хлопнул по ноге. – Шевелись давай. А будешь отлынивать, в подвале тебя запру. Там уже лет двести пустует одиночная камера.
Не удержавшись, я оступилась и упала на колени. Боргер, с которым мы поравнялись ростом, схватил меня за волосы. Сильно потянул.
Кайнокс поморщился. Будто успокаивая боль, растер ладонью грудную клетку. Обернулся и одним движением пальцев заставил кобольда оторваться от меня и отлететь к стене. Привыкший к подобным фокусам хозяина, тот стерпел все молча. Только во взгляде читалась обида и недоумение.
– Покои ей выделишь, – промурлыкал маг, направляясь к двери. – И трогать не смей. Она моя…
– Твоя кто, хозяин? – уточнил Боргер.
– Моя собственность.
Собственность?
Ну это уже ни в какие ворота… Что он себе позволяет? Я защищала Нокса перед подругой, последовала за ним, в надежде избавиться от брачной метки. А он?
Выходит, я здесь на правах рабыни? Надо было слушать Аксель и бежать без оглядки. Вернуться в Норлинг, упасть в ноги госпожи Лукреции, молить принять меня обратно…
Впрочем, я еще могу это сделать. Кайнокс что-то говорил о книгах, в которых собирался искать информацию о разрыве истинных уз. Значит в замке имеется библиотека. Что мешает мне наведаться туда самой?
Продумывая план действий, я так ушла в мысли, что едва не пропустила очередную ступеньку. Идущий впереди кобольд раздраженно вздохнул.
Дрожащего света свечи его в руках было мало, чтобы рассеять мрак. Замок, лишенный настенных факелов и масляных ламп, с наступлением ночи окончательно погрузился в темноту. Если мне, под защитой его каменных стен, не по себе, что уж говорить о прячущаяся снаружи Аксель?
Проводив меня на второй этаж, Боргер остановился у самой дальней двери. Вытащил из-под ночной рубашки связку ключей –
