Сердце неприятно кольнуло. Из самых глубин подняла уродливую голову неистовая ревность. Пришлось впиться ногтями в ладони, чтобы заставить себя остаться на месте. До боли хотелось подбежать и оттолкнуть от мага смрадную девицу.
Брачная метка зачесалась. Не выдержав, я одернула рукав и потерла покрасневшее запястье, чем привлекла к себе внимание демоницы.
– Это еще кто такая? – поморщилась она и снова подняла свое прекрасное лицо к Ноксу. – Милый, давай избавимся от нее и как следует развлечемся?
Еще немного, и ее обнаженное тело прижалось бы к нему. Но маг, расплывшись в злой усмешке, схватил ее за горло и резко поднял.
– Развлечемся, говоришь? – Демоница выпучила глаза и беспомощно забарахтала ногами. – Я только «за».
Вытащив свободной рукой из поясных ножен кинжал, Нокс, не прекращая улыбаться, всадил его ей в живот. Раздался душераздирающий вой. На пол полетели черные капли крови.
– Несса, отомри уже и заключи нас в круг.
– Круг? – все еще не отойдя от шока, закричала я. – Но как?
Он демонстративно закатил глаза.
– Что значит «как»? Нарисуй кровью. И поторопись, она тяжелая. Еще не хватало надорвать спину.
Прикасаться к демонской крови было противно. Я старалась дышать через раз и рисовала так быстро, будто за мной гнались бешеные волки.
Стоило закончить, как Нокс уронил демоницу на пол, схватил меня за руку и выпрыгнул из круга. Не забыв прокричать слова заклинания:
– Каер шихра!
Раздавшийся визг был еще громче, чем в прошлый раз. Дом затрясло, как при сильном землетрясении. Я зажмурилась, приготовившись встретиться лицом с твердой поверхностью. Но вместо этого, оказалась сидящей верхом на темном.
Лежа на спине, у изножья кровати, он вцепился пальцами в мои обнаженные бедра, прямо под задравшейся до колен юбкой, и смотрел мне в глаза таким ясным взглядом, что казалось, будто тот источает свет.
Гипнотизирующий. Манящий. Призывающий сдаться на милость его обладателю.
Надо бы его немного приглушить.
Не задумываясь, я прикрыла их ладонью. Кажется, помогло – магия развеялась, вернулась способность четко мыслить. Демоница исчезла, как и круг из ее крови.
Убрав руку, я облизала пересохшие губы.
– Что… что это было?
– Дерьмогнусник во всей красе, – восхищенно заметил Нокс.
Одну руку он закинул за голову, а пальцами второй продолжил поглаживать мою ногу.
– Вижу, ты очень рад встрече, – не смогла я скрыть обиду в голосе. – Она так сильно тебе понравилась?
– Анилесс Пайн, ты только что стала свидетельницей настоящего чуда, – довольно протянул он. – Без ложной скромности готов заявить, я – единственный маг, что ушел от этой демоницы живой.
Ахнув, я прижала ладонь ко рту.
– Если это так сложно, почему ты согласился?
– Потому что знаю то, чего не знали другие, менее везучие темные, – он продемонстрировал мне свое запястье с брачной меткой. – Если маг связан истинными узами, его невозможно соблазнить.
– Выходит… я – помощница темного мага, раз помогла тебе справиться с демоном?
Весело хмыкнув, он схватил меня за подбородок и притянул ближе, заставив склониться к его лицу. Губ коснулось горячее дыхание.
– Мечтай!
Раздавшийся над нашими головами шум, заставил меня резко отпрянуть от Кайнокса, пока он сам, закинув и вторую руку за голову, продолжал, как ни в чем не бывало, лежать на полу.
Быстро поднявшись, я принялась отряхивать покрывшуюся пылью юбку. Очень вовремя. Перепуганная криками супружеская пара ворвалась в комнату и кинулась к кровати, на которой полусидел пришедший в сознание Тьерри. Осоловевший взгляд молодого мужчины говорил о сильной усталости.
– Сынок, ты живой? – принялась причитать женщина, ощупывая сына.
– Как ты себя чувствуешь? – вторил ей муж.
– Мама? Отец? – просипел Тьерри, переводя глаза с одной на другого. – Со мной все в порядке, только…
– Только? – испуганно спросила мать.
– Очень хочется спать.
Наблюдая за ними, я не заметила, как Нокс поднялся с пола. Пришла в себя, лишь почувствовав его хватку на своем предплечье и услышав раздраженный голос в ухе.
– Я закончил, пошли отсюда.
– Постойте, господин темный маг, – оторвавшись от сына, бросилась к нам старушка. – С Тьерри… будет все в порядке?
Нокс безразлично пожал плечами.
– Насколько это возможно без части души.
Тяжело вздохнув, она кивнула.
– Вы спасли жизнь нашему единственному ребенку. Мы не можем вас не отблагодарить.
Протянув ладонь, на котором лежал женский гребень для волос из потускневшего золота, она застыла, не шевелясь. Нокс долго разглядывал вещицу, удивленно приподняв брови.
– Понимаю, что этого недостаточно, но этот гребень – единственная ценная вещь в нашем доме. Ему очень много лет. Он передавался в нашем роду из поколения в поколение.
При виде ее жалобного взгляда, направленного на темного, я почувствовала, как больно кольнуло в сердце. Судорожно сглотнув, выступила вперед.
– Это совсем не…
– …не помешает, – не дал мне договорить Кайнокс и потянулся за гребнем.
Пришлось стукнуть его по руке и пронзить строгим взглядом.
