– Проваливай. И чтобы рядом с «госпожой»… – медленно протянул он последнее слово, – я тебя больше не видел. Иначе твоя смерть будет невероятно мучительной.
Быстро закивав, парень бросился бежать. Уже через минуту, кроме нас в коридоре никого не было.
Коснувшись моих волос, Нокс заправил мне за ухо непослушный локон. Большой палец с грубой нежностью прошелся по моей щеке.
– Мой тебе совет, Анилесс Пайн, если не хочешь, чтобы кто-то пострадал, держись подальше от всех мужчин.
– Ты что ревнуешь? – не подумав, выпалила я и тут же почувствовала, как щеки обожгло румянцем.
Темный хмыкнул и убрал руку.
– Умнее ничего не придумала?
В ответ на мой пристальный взгляд, он на мгновение отвел глаза.
Это что, смущение? Не может быть. «Смущение» и «Кайнокс Стирр» – слова из разных вселенных.
Он наклонился ниже. Прозвучавший в тишине голос обволакивал, как самые тонкие шелка.
– Не обманывайся, детка. Что бы я сейчас к тебе не испытывал, это влияние брачной метки. Теперь ты понимаешь, почему нам нужно поскорее от нее избавиться?
– Самая вкусная ячневая каша, для хозяина, – блаженно напевал под нос Боргер, собирая тарелки на поднос. – Хлеб, с пылу с жару, только из печи. Свежий сыр. Чашечка бодрящего кофе, лишь недавно собранного с Норлингских плантаций…
Пока я доедала остатки яичницы, запивая горячим шоколадом, Трюфель почесывал спинку о ножку стула. Устроившаяся напротив Кларисса читала утреннюю газету, закусывая самые интересные новости хрустящим круассаном. Марта стояла у плиты, готовя обеденный суп из крольчатины, которую с утра пораньше с рынка привез Гарри.
Настоящая семейная идиллия. Только хозяин замка продолжал нежиться в постели. И мне, как самой крайней, предстояло доставить ему завтрак в постель.
– Кларисса, присмотри, пожалуйста, за Трюфелем, – попросила я змею, поднимаясь с места. – Я скоро вернусь.
– Ну, конечно, – улыбнулась она и потянула руки под стол. – Трюфель, милый, пойдем к мамочке.
– Боргер, а не слишком ли много здесь всего? – примерилась я к серебряному подносу. – Тяжелый, боюсь не донесу.
– Не хрустальная, не рассыплешься, – проворчал он, нахмурившись. – Хозяин плохо спал ночью, ему надо хорошо поесть.
– Плохо спал? – удивленно захлопала я глазами.
– Ходил тудыть-сюдыть, маялся. Я аж с первого этажа слышал его тяжелые шаги.
Странно, нас с Ноксом разделяла лишь стена, но я ничего не слышал. Впрочем, не удивительно, учитывая, как крепко я спала. Видимо сказался насыщенный день, полный тревог и волнений. Благо обошлось без кошмаров. Даже наоборот. Каждую ночь в «Кайтауэре» я, как в кокон, укутывалась в уют и теплоту. Кто-то легонько толкнул меня в спину, вырывая из мыслей.
– Иди-иди. И на лестнице осторожнее. –
А нет, все тот же старый добрый Боргер. Даже от сердца отлегло.
Дверь в покои темного оказалась не запертой. Толкнув ее бедром, я осторожно ступила внутрь. Меня встретила звенящая в ушах тишина.
Нокс лежал на спине, положил одну руку под голову, а второй прижимая к боку подушку. Тонкое одеяло укрывало его до пояса, демонстрируя обнаженный торс. Грудь мерно поднималась и опускалась в такт с дыханием. Идеальное лицо расслабленно. Прядь белых волос упала на лоб.
Зрелище способное сбить с ног любую неподготовленную девицу. Я, вроде как, была готова, но, все равно, дыхание участилось, пульс ускорился…
Звук соприкосновения подноса с прикроватным столиком никак не повлиял на безмятежный сон темного. Приблизившись на ватных ногах, я потянулась, собираясь дотронуться до обнаженного плеча, но на середине пути остановилась. Смрадный демон дернул присесть на краешек и склониться над мужчиной, чьи длинные, черные ресницы веером лежали на щеках.
До чего же безупречна каждая его черточка, каждая линия – от гладкого лба, до капризных губ, от мускулистой шеи до косых мышц на рельефном животе. И даже мелкий шрам на виске – такой, что, не приблизившись, не заметишь – был скорее милым и не мог испортить восхитительную картину.
Великолепный образчик мужской красоты, если бы не исходящий от него запах… проблем. Сама того не заметив, я потянулась к его волосам, намереваюсь заправить упавшую на лицо прядь за ухо.
Не прошло и секунды, как меня схватили за запястье. Резко потянули, повалили на спину и нависли сверху. В ярко-синих глазах мага не было ни намека на сонливость. А на манящих губах играла далеко не невинная усмешка.
– Неужели, сердечко пропустило удар?
– Ничего подобного, – запротестовала я, когда смогла связно мыслить. – Я всего лишь хотела тебя разбудить. От… отпусти!
Вопреки моей просьбе, Нокс наклонился еще ниже и зарылся лицом в мои разметавшиеся по черным простыням волосы. Одна его рука продолжала удерживать мое запястье над моей головой, а вторая поднимала юбку тонкого платья, пытаясь добраться до обнаженного бедра.
