Выгнав свою свиту, включая гарем, Сабнак пригрозил темному мучительной смертью, если тот не исполнит свое обещание. Затем получил от Нокса координаты, заставил его, меня и Агну встать в центре зала, начертил круг.
После парочки трудно выговариваемых слов, нас засосала тьма. Больно засосала, вытягивая все жилы.
Благо приземление вышло не как обычно, будто тебя пожевали и выплюнули, не проникнувшись вкусом. Мы все трое просто материализовались в главном зале «Кайтауэра». И если Нокс остался при своих странных штанах – из чего их только шьют в этом Мертвом мире, раз даже портал ни по чем? – я и пра-пра-пра-прабабушка оказались голыми, как и задумано природой. Прямо перед ошарашенной толпой.
Среди присутствующих были Виктор, Кларисса с Трюфелем на руках, Аксель, Боргер, корред, Марта, Гарри, маг-император, двое его стражников и страшная слепая старуха. Видимо, провидица.
Помещение, после неудачного свадебного торжества, еще не убрали. Под ногами кровь, копоть, лепестки цветов.
Первым опомнился темный. Вышел из круга, стащил с одного из стражей плащ, вернулся, укутал меня и прижал к своей груди. Виктор, недоверчиво вращая глазами, сорвался с места и сделал то же самое для Агны. Только, за неимением плаща, использовал свой камзол.
– Ты… ты… ты вернулась? – дрожащим голосом произнес он, обнимая жену. – Агна, солнце мое!
– Вик!
Все, включая меня, почувствовали себя неловко подглядывая за столь личной сценой и отошли от парочки, давая им уединение.
Аксель с Клариссой бросились ко мне, отбили у Нокса, вручив ему в руки похрюкивающего Трюфеля. Кар Ланде подошел ближе и хлопнул темного по плечу.
– Задержался ты что-то. Мы с Виктором даже провидицу привлечь решили, – кивнул он на ухмыляющуюся старуху. – Рассказывай, какого это, умирать?
Кайнокс поморщился.
– Засунуть бы вам в задницы договор, где я на такие муки не подписывался, но так и быть… живите. Пока.
– Хозяин, – прижался к его ногам Боргер. – Я столько слез выплакал, ожидая твоего возвращения. Не покидай нас больше.
– А улов-то ничего, – подмигнул мне малыш-демоненок. – И как только Сабнак расщедрился на двух таких товарных девиц?
– Ты говоришь о моей жене, мелкий гаденыш, – ровным голосом приструнил его Нокс. – Продолжишь в том же духе, верну тебя Сабнаку, сам у него спросишь. И вообще, что это за день открытых дверей в моем доме? Свадьба давно подошла к концу. Идите прочь!
Спорить с ним никто не стал, все зашагали к выходу. И я тоже.
Подруги держались рядом, продолжая щупать и задавать воросы, в основном касающиеся Мертвого мира. Я либо угукала, либо невпопад кивала в ответ.
– А ты куда? – Нокс схватил меня за предплечье и притянул к себе. – Тебя я не отпускал.
Внезапно ладонь прострелило болью. Рука начала зудеть. Сильно и так знакомо, что я недоверчиво уставилась на запястье. И открыла рот различив проявившийся на нем брачный браслет.
Нокс изучая свой собственный, судорожно сглотнул.
– Это еще что такое?
– По всей видимости, – с готовностью ответила ему старуха-провидица. – Боги не приняли ваш отказ и вернули свой дар.
Темный долго молчал, изучая метку. Сначала свою, затем перевел взгляд на меня. Пока, наконец, не расплылся в довольной улыбке.
– А я не против. Нам с Нессой даже идет.
– Прости, Нокс, – улучив момент, вырвалась я из его объятий. – Но мы не можем быть вместе.
Толпа у выхода замерла, все уставили на меня.
– Не можем… – медленно протянул Нокс.
Я кивнула.
– Попав в Мертвый мир я поняла, что должна любить и ценить себя больше. А рядом с тобой я всегда забываю об этом. И, если раньше была готова мириться, сейчас что-то во мне изменилось.
– И ты просто так уйдешь? – приподнял он идеально изогнутую бровь.
Похоже, само предположение, что его могут бросить, привело Нокса в недоумение. Он не мог поверить в это.
– Думаю, провидица не откажется приготовить для нас новое зелье. Ну а ты сам не раз говорил – поскучаешь немного и утешишься в объятиях другой.
В ярко-синих глазах сверкнула обида. Он не стал меня останавливать.
Уже у выхода из замка меня перехватили Аксель, Кларисса и Агна с Виктором. Усадили в экипаж – подруги рядом, по обе стороны, новообретенная родня напротив. Протянули флягу с обжигающей горло жидкостью. Прабабушка наклонилась вперед и сжала мою ладонь.
– Не плач, Несса. Ты все сделала правильно.
– Тогда почему так больно?
– Несса, если он сейчас же не прекратит, клянусь, я завтра же с утра напишу жалобу в корпус стражей империи. Пусть они с ним разбираются.
Аксель стояла на пороге моей спальни, зажав подушками уши. Ее зеленые глаза метали молнии, а на лице читалась такая обреченность, что я с трудом сдержала щекочущий горло смех.
Приподнявшись с широкого подоконника, на котором сидела уже пару часов, укутавшись в теплый плед, я приоткрыла шторку и выглянула в окно. Долговязый мужчина, бледный, как мертвец, и трясущийся, как желе на подносе вытягивал высокие ноты, в сотый раз пропевая имя «Анилесс».
Несмотря на то, что маятник на стене показывал третий час ночи, а слова серенады под окном не блистали глубоким смыслом, я наслаждалась.
