Мне становилось все труднее концентрироваться на словах, слетающих с их губ, по мере того как я все больше сосредотачивалась на их общих чертах и их дьявольски привлекательной внешности. Невозможно поверить, что у Дюка и Далласа был небольшой опыт свиданий до того, как появились мы с Поузи, но не похоже и на то, что они большие любители потрахаться.
Прежде чем Дюк ушел, он спросил, не хочет ли кто-нибудь из нас пойти поужинать; ни у кого из парней не было настроения появляться на публике, они устали после матча, хотя, думается, Даллас – единственный, кто сегодня действительно всласть поиграл.
– Не хочешь остаться на ночь? – спросил Дрейк старшего брата, когда тот встал, подняв руки над головой и потягиваясь в разные стороны.
Дюк помотал головой:
– Нет, хочу успеть на обратный рейс. В понедельник вечером у меня матч, так что завтра мы с Поузи собираемся провести день на диване. Ленивые воскресенья – это в ее духе. – Он подмигнул мне.
– Уже улетаешь? – Даллас почесал затылок. – Ты же только что приехал.
Дюк накинул черное пуховое пальто:
– Я обещал Поузи, что вернусь вечером, так что да, полечу. Ничего страшного, братишка. – Он потрепал Далласа по голове, взъерошив ему волосы. – На самом деле я просто хотел проверить, как вы тут. Знаю, что у вас всех была сложная неделя, и хотел убедиться, что вы остаетесь в здравом уме.
Мое сердце сжалось. Мне стало грустно оттого, что у меня никого нет; вообще, я всегда хотела старшую сестру. Черт возьми, я бы и от младшей не отказалась, особенно теперь, наблюдая, как они вчетвером обнимаются, прощаясь.
– Держитесь подальше от неприятностей, – предупредил Дюк, прежде чем выйти на крыльцо. Затем повернулся ко мне: – А ты держи себя в руках, Райан. Тебе это пригодится. Но в основном развлекайся – и не позволяй этому придурку делать глупости.
Я улыбнулась и захихикала, как дурочка:
– Посмотрим, что я смогу сделать.
Так же быстро, как появился, легендарный Дюк Колтер, забравшись в арендованный пикап, припаркованный на обочине, исчез. Свет задних фар постепенно удалялся и в конце концов совсем пропал из виду, когда машина свернула налево.
Даллас обнял меня за талию, притянул к себе и поцеловал в макушку:
– Голодна?
Я кивнула. Я не обедала и ничего не ела с тех пор, как мы с Кайлом, которому я, кстати, обязательно должна сообщить новости, как и обещала, уехали на стадион.
– Нам нужно поесть, а потом пойдем в постель. Может быть, на этот раз нам не помешают.
Девушке остается только надеяться.
– Господи, Райан…
– О черт…
В мозгу не осталось ни одной нормально функционирующей нейронной связи, чтобы я мог составить членораздельное предложение, да я и не пытался. Фразы из двух-трех слов – это все, на что я был способен, наблюдая за тем, как макушка Райан движется вверх-вниз.
Она присоединилась ко мне в душе – для нас обоих это было впервые. Мой брат как‐то рассказывал о том, как это сексуально – принимать душ со своей подружкой, когда оба партнера мокрые, намыливают друг друга и все такое. Правда, у них был период, когда Поузи постоянно пыталась напугать его, пока он стоял в душе за шторкой. Несколько раз он срывал всю конструкцию, доходило даже до того, что в ее ванной отваливался гипсокартон.
Но я отвлекся. Райан стоит передо мной на коленях, на кафельном полу, глаза закрыты, она продолжает ласкать меня и делает это очень искусно. Серьезно, это нереально возбуждающее зрелище. Так чертовски сексуально. Я не знаю, что влажнее, вода или ее рот. Одной рукой я держусь за стену; это нужно мне для опоры, иначе, клянусь богом, мои ноги могут подкоситься, пока пальцы ее свободной руки ласкают меня, большой палец двигается по кругу, и от этого мои глаза чуть не вылезают из орбит.
– Черт… черт… – стону я. – Черт…
Положив одну ладонь ей на затылок, я медленно направляю ее.
– Такая горячая, красивая, – бормочу я.
