Но ещё больше не укладывалось в голове (причём не только у Форсети, но и у Локи), почему все настолько тихо. Слишком тихо. Так тихо, что у любого закрадется подозрение и появится нехорошее предчувствие. У любого, кроме, разве, Донара, который начнёт рвать и метать только когда что-то из ряда вон выходящее произойдет.
Форсети думал, что Локи напременно что-то либо учудил, либо учудит сегодня же, иначе это затишье он никак не мог объяснить. Локи об этом догадывался, но ни оскорбляться, ни, тем более, оскорблять Форсети не стал. Пусть себе думает что хочет, а вот что по-настоящему было бы обидным, так это ровно такие же ожидания, но у Вотана. Во-первых, кто бы говорил, а во-вторых - ну уж названый брат-то должен не вестись на поводу у репутации, пусть и за дело заработанной, того, кого знает с самой молодости...
***
- Дай угадаю: я тебе все-таки надоела.
- Сив, не говори глупостей, - Локи, на этот раз думающий не о возможном возвращении Донара и того, что за этим последует, - как такая красотка может надоесть?
- Не знаю... - сказала она таким тоном, что сразу дала понять: все, что она говорила до этого уж точно никому не стоит воспринимать всерьёз, - Сигюн ведь, кажется, ничего. Зиса (*) , знаешь ли, тоже.
- Перестань, - Локи чуть не сказал "пожалуйста", но решил, что это уже будет перебор.
- Скажи, что с тобой сегодня...
- Сегодня со всем вокруг что-то не так, а я, знаешь ли, существо дикое и необузданное, покоряюсь стихиям, так сказать, - через полсекунды голова Локи оказалась на коленях Сив, - а если серьёзно, то я чувствую, как приближается нешуточное *цензура*, и мне что-то не по себе.
- Так это самое "нешуточное" приближается всегда, когда ты бываешь у меня, но ты уже давно этого будто не замечаешь.
- Нет, об этом я бы не говорил. Я имею ввиду настоящее *цензура*, к которому я не был бы готов. Но хватит об этом, - Локи потянул Сив вниз, - лучше уж я докажу, что уж кто-кто, а ты мне не надоела.
***
Эрнст честно наблюдал за всем вокруг во все глаза. Он, конечно, мог бы и заснуть, о приезде Донара он и так бы узнал вовремя, за версту ведь слышно, но он сидел и наблюдал.
- Что ты тут делаешь? - парень подумал, что маленькая сестрёнка Агаты Марта зря попала с ними в услужение, однако же ничего другого ей не оставалось, - Ээээрнст, ты же не окаменел!
- Сказала бы я, зачем он тут сидит, но... - послышался сзади голос Агаты, - Эрнст, скажи мне, ты чей слуга? - ехидно поинтересовалась она.
- Донар считает, что я его.
- А на самом деле?
- Да ничей я не слуга! - на Эрнста нахлынула волна совершенно детской обиды, но ей не суждено было накрыть его полностью: где-то относительно далеко прогремело: "СИИИИИЛААААА!"
Пускай обращались, очевидно, к Силе, тут любой бы затрепетал, чего уж там. Вот Эрнст, только что смело говоривший о своём неуважении к Донару, и испугался. Трус? Не знаю, кто хочет молотом по голове? Вот и я - нет.
Глаз-то развяжи, братец!
- Братец был подозрительно уступчив, кстати говоря...
На самом деле эта фраза прозвучала до некоторой степени менее разборчиво (Да не даст мне соврать четверть бурдюка медовухи). Но Эрнст все расслышал, хотя и через секунду, решив достигнуть такой же степени осознания окружающего мира и снова немного отхлебнул.
Удивительно, как легко можно иногда успокоиться, учитывая то, что тот же самый Локи, который и в полупьяном состоянии теперь иронически отзывается о прошедшем недавно допросе, (будто ему известно, куда делась Сила, честное слово!), полчаса назад был... как можно описать ровно настолько же пьяного, как и теперь, ётуна (вот тогда-то в том, что Локи ётун, у Эрнста не осталось сомнений), ещё и напевающего что-то зловещее на не известном ни одному человеку языке? В любом случае, именно так Локи тогда и выглядел. А теперь ничего, пришел в себя как ни странно, причём заявил, что и в правду не стоит поступать так, как он, ведь непричастный ни к чему должен быть спокоен.
- Вот только от братца теперь стоит ждать чего-нибудь эдакого - мне ли его не знать... Если уж он меня прикрыл и не выдал Донару... Что-то будет?
Эрнст кивнул. Во-первых, Локи лучше знать, а во-вторых - это, наверняка, так. Солнце садилось, а, значит, по-хорошему было уже пора, но Эрнст то ли слишком осмелел от медовухи, то ли было лень, то ли ещё что-то... Словом, он остался, не задумываясь о том, что может быть завтра.
***
Нарви и Вали уже полчаса что-то оживлено обсуждали. Что именно, Сигюн не было слышно, и она, как ни хотела понять предмет разговора сыновей, подслушивать не стала - не маленькие уже.
Но было тревожно. Если вчера, в тот самый тихий день, Сигюн, как ни странно, ничего не почувствовала, то сегодня она безумно волновалась за сыновей. Почему - не понятно, вот только волновалась. "Слишком уж похожи на отца" - пронеслось у неё в голове. И Нарви, и Вали сочли бы это чуть не за высшую степень похвалы, Сигюн это знала. Она и сама подумала, что в этом есть доля здравого смысла, только лучше бы мальчики переняли от неё чуть больше, не так было бы боязно.
