— Если Вы наблюдали, как я исполняю свои обязанности, то и купленные продукты должны были заметить, — продолжала не обращать внимания на его подначки я.
— Я смотрел только на Вас, — очень серьезно и как-то проникновенно ответил некромант а я, кажется, сравнялась с ним оттенком румянца.
— Неожиданно.
— Почему же? Я решил сравнять счет. Хотя Вы одеты, так что это не слишком честно по отношению ко мне.
— Вы о чем? — окончательно запуталась я.
— Я о Вашем оценивающем меня взгляде в купальне в первую же ночь Вашего пребывания здесь, — ухмыльнулся Ник, одновременно продолжая жевать.
— Вот об этом можно было и не вспоминать, — смущенно пробормотала я.
— А я об этом не забывал, — принимаясь за второй кекс, сообщил Ник. — Рассмотрели все, что хотели?
— Даже больше, чем хотела, — возмущенно ответила я, а затем заметив блеснувшие лукавством глаза некроманта, исправилась:
— В смысле, я вообще ничего не хотела, так что все, что рассмотрела, было лишним.
— А что рассмотрели? — с живым интересом спросил некромант отрываясь от кексов и глядя мне прямо в глаза черными омутами отчего-то расширенных до предела зрачков.
Кажется, игра словами в данном случае явно не мой конек.
— Вам так нравится меня смущать?
— А получается?
Я разозлилась. Хотите поиграть, господин некромант? Организуем.
— Вполне, — я потупила глаза. — Ведь Вы заставляете меня вспоминать, как я тоже была там совсем рядом с Вами. Полностью обнаженная. В воде, которая не слишком надежно защищает от любых взглядов. И как Вы хотели, чтобы я встала без одежды прямо перед Вами.
Ник хрипло выдохнул. Я слышала его ставшее заметно учащенным дыхание и мысленно торжествовала: вот так Вам, господин Дейл!
Но длилось мое ликование недолго.
Ник резко шагнул вперед, схватил меня за талию, рывком притянул к себе и жадно впился в мои губы.
Сперва я растерялась, потом разозлилась и попыталась оттолкнуть одного не в меру обнаглевшего некроманта, но с таким же успехом могла бороться с каменной стеной — Ник, похоже, состоял исключительно из жил и мышц, так что моих жалких попыток даже не заметил. Зато со мной начало твориться что-то странное: руки так и остались на плечах Дейла, отдельно от меня решив, что там им вполне уютно и удобно, губы полуоткрылись, позволяя его языку ласкать мой рот, горячо, порывисто. Прикосновения его рук, казалось, жгли сквозь одежду, и мне это нравилось. Тело наполнилось тягучей сладкой истомой, а мне захотелось остаться в его объятиях навечно. Не успел мой разум возмутиться таким крамольным желаниям, как вся я будто раздвоилась: одна часть требовала срочно прекратить все это безобразие, пока мы не зашли слишком далеко прямо на кухонном столе, а вторая откровенно жаждала этого.
Сорвать дурацкую, ставшую явно лишней, одежду, прикоснуться к его обнаженной коже, сильному телу, провести по шрамам ладонью, а потом и губами, языком. Почувствовать до конца его вкус, запах, зарыться в темные волосы, потянуть, пройтись ногтями по спине вдоль позвоночника. Ощутить его в себе, выгибаться навстречу его движениям, ловить ртом его хриплое дыхание…
Я потеряла момент, когда разумная часть утратила контроль над чувственной и поцеловала в ответ. Нежно, осторожно. Ник замер, продолжая крепко сжимая мою талию, будто боясь, что я все же вырвысь и убегу. Только бежать уже не хотелось. Я медленно провела языком по его губам, пробуя, запоминая, и Ник глухо застонал, подаваясь вперед. Одной рукой выхватил заколку, запутался руками в моих волосах, распуская их. По полу жалобно зазвенели падающие шпильки, а я тихонько рассмеялась ему в рот. Мне нравилось, как он сходит с ума от моих прикосновений, и я хотела еще, прикасаться сама и ощущать его руки и губы на своем теле.
— Ну и что здесь происходит? — раздался возмущенный голос.
Ник
