— Не приглашал? — выдохнула она, отсмеявшись и вытирая выступившую слезинку. — Ха! Мой папочка! Вечно он так! Решит что-то в своей голове и думает, что все вокруг мысли читают! Ну что ж, считай, что я приглашаю тебя прямо сейчас! От своего имени! И от имени моего многоуважаемого папочки, который уже три дня маринует мясо для тебя!
Я почувствовал себя в ловушке. Этот ужин с её отцом пах неприятностями за версту. С одной стороны — он уважает меня за связь с «Лотосом», как деловой работник. С другой — он может быть разъярённым отцом, который, возможно, уже точит на меня нож. Мне нужно было срочно придумать, как из этого выпутаться.
— Я не могу сегодня! — выпалил я первое, что пришло в голову. — У меня вечером очень важная встреча… с редактором! Да! По поводу новой главы! Очень срочно! А завтра фестиваль, я буду занят весь день! Помогаю с организацией!
Я надеялся, что мой плотный график её убедит. Но я в очередной раз недооценил Аои. Её гнев моментально сменился азартом, а в глазах зажёгся хитрый огонёк. Она прищурилась, словно хищница, загоняющая последнюю мышь в угол.
— Хорошо, — неожиданно легко согласилась она. — Уговорил. Раз встреча с редактором, значит, дело и правда важное. Не хочу мешать твоему творчеству, Сенсей. Тогда… — она сделала театральную паузу, постукивая изящным пальчиком по подбородку, — вечером в воскресенье. И это не обсуждается. Папа как раз приготовит своё фирменное мясо. Ты же не откажешься от фирменного мяса моего папы?
Она произнесла это так, будто это было моё собственное предложение, на которое она, так и быть, милостиво согласилась. Я открыл рот, чтобы возразить, чтобы сказать, что в воскресенье я, возможно, буду спасать мир или писать очередную главу своего шедевра, но она не дала мне и шанса.
Победно улыбнувшись, она вдруг подалась вперёд и быстро чмокнула меня в щёку.
— Вот и договорились! — прошептала она мне на ухо и развернулась на каблуках.
Покачивая бёдрами так, что любой мой хентайный персонаж умер бы от зависти, она направилась прочь, оставив меня стоять в этой дурацкой нише в полном, абсолютном ступоре.
Пока я ошарашенно смотрел ей вслед, мимо прошли две мои одногруппницы, Кику и Кам.
— Привет, Андо-кун! — весело помахала мне рукой Кику.
— Привет, — на автомате буркнул я, всё ещё пытаясь осознать, как ловко меня только что втянули в семейный ужин с потенциальным мафиози.
И только когда они скрылись за поворотом, до меня дошло.
Кику? Та самая Кику, которая на физкультуре боится мяча больше, чем апокалипсиса? Которая, если я просто посмотрю в её сторону, заливается краской до кончиков ушей и прячет взгляд в пол? Она… поздоровалась со мной? Уверенно. С улыбкой. И помахала⁈
И Кам! Вечная пацанка, которая носит только мешковатые толстовки и рваные джинсы, которые на три размера больше. И на ней… блузка? С рюшами? И… юбка? Мои глаза! Они кровоточат! Мир сошёл с ума!
Я изумлённо проводил их взглядом. Афиша с моим псевдонимом. Странное, всезнающее поведение Эри. Агрессивный напор Аои, которая только что провернула со мной какой-то фокус из учебника по манипуляциям. А теперь ещё и эти необъяснимые, шокирующие перемены в людях, которых я, как мне казалось, знал как облупленных. Всё это складывалось в одну большую, абсурдную, сводящую с ума картину.
Я прислонился затылком к холодной стене и медленно сполз по ней вниз, усаживаясь прямо на пол.
Я отчётливо чувствовал, что мой привычный, понятный мир, моя реальность, стремительно меняется, трещит по швам, и я больше не контролирую абсолютно ничего. И это было страшнее любого кошмара.
