После присуждения Солженицыну Нобелевской премии в области литературы, был подготовлен проект Указа Президиума Верховного Совета СССР: «О выдворении А. И. Солженицына из пределов СССР и лишении его советского гражданства». Тогда же Генеральный прокурор СССР Р. А. Руденко и Председатель КГБ СССР Ю. В. Андропов направили в Секретариат ЦК КПСС довольно любопытную записку, в которой они излагали свое видение «проблемы Солженицына». Они писали:
Интересно, что совершенно иную позицию занял тогда в этом вопросе человек, близко стоявший к Генеральному секретарю ЦК КПСС Л. И. Брежневу, министр внутренних дел СССР Н. А. Щелоков, который считал, что Солженицыну нужно дать немедленно квартиру, прописку и вообще проявить к нему внимание.
Однако ни одна из точек зрения тогда не возобладала. Солженицына не выдворили из страны и не «задушили в объятиях». Вопрос Солженицына ни на один день не оставался закрытым. В последующем он обсуждался даже на заседаниях Политбюро ЦК КПСС, где после долгих дебатов в январе 1974 года все же было принято решение предоставить Председателю КГБ СССР Андропову «разрубить гордиев узел». Политбюро приняло специальное постановление: «О мерах по пресечению антисоветской деятельности Солженицына А. И.». Проведение «карательной операции» было поручено Андропову и Руденко. Они должны были определить всю последующую процедуру…
О том, как все это происходило, Солженицын подробно описал в своих автобиографических книгах. Но о некоторые интересных деталях и нюансах поведал незадолго до своей смерти бывший старший следователь по особо важным делам при Генеральном прокуроре СССР Ю. А. Зверев. Он вспоминал, как Руденко пригласил его к себе и, передав ему книгу Солженицына «Архипелаг ГУЛАГ», а также подборку «отзывов прессы» (я читал это дело и там были не только «отзывы прессы», о которых говорил Зверев, но и «возмущенные письмах» трудовых коллективов) на нее, поручил «изучить на предмет решения вопроса о возбуждении уголовного дела…»
