Земля осыпалась, и мне открывались все новые углубления. Похоже, это был плоский камень, расписанный необычными узорами, но в темноте я не могла разглядеть, даже поднося браслет Зиро. Зато я чётко видела отверстие в самом центре! А потому, сорвав заячью лапку, которую Дар повесил мне на шею на тонкий ремешок, я пропихнула ее в отверстие и победно сжала кулаки, когда земля затряслась, стены загудели, а камень сначала раскололся на две части, а затем и вовсе осыпался пылью, словно его и не было, пропуская меня в гору. Она оказалась полой!
***
Как я спустилась и не разбилась, одному Творцу было известно! Туннель находился на приличной высоте, так как гора частично уходила под землю. Благо веревки мне хватило, чтобы спуститься вниз по выступам, аккуратно съезжая по ней. Руки я стерла, и они не только чесались, но и горели. А Дариана и всех его дружков я проклинала до седьмого колена, боясь опустить глаза вниз, пока висела на веревке, и мысленно внушала себе, что последние события должны были искоренить мой страх высоты, но нет!
— Вот выберусь, — пыхтела я. — И потребую себе домик, как можно дальше от твоего замка, — красота этого места меня не трогала, и слепящие сияние и блеск драгоценных камней, вмурованных в скалы, словно звезды в небосвод, меня не отвлекали от гневного монолога.
А когда я все же почувствовала под ногами твердую землю, то прозрела, ахнув от восторга, и поняла, почему надпись была помещена в сказку. Я как будто попала в эту самую сказку! Все переливалось, драгоценные камни были повсюду!
Мне пришлось отвязаться, так как веревки не пускала меня дальше, и лишь на секунду задумалась: «А будет ли волноваться Дариан, когда почувствует, что веревка в его руке ослабла?»…
Подумала и забыла, привлеченная белесым смазанным движением. А затем еще одним, уже с другой стороны, и еще…
Зайцы! Опять они! Вот только тут я чуть не села, на то же место, где и стояла, потому что животные не имели телесной оболочки, это были души. И их было много, они мелькали вокруг, просачивались сквозь стены и не замечали меня.
— Нашла, значит, моего зайца!
Нет, я все-таки села, схватившись за сердце и медленно, оттягивая неизбежное, повернула голову, чтобы увидеть старуху Нюлу. А точнее полупрозрачную душу.
— Ага, — вымолвила я почти шепотом. В прошлый раз она казалась мне живее всех живых! Сейчас же от одного ее вида меня бросало в дрожь. — Нюла, вы меня до смерти напугали! — как колени не подкосились обратно, когда я поднималась с земли, я не знаю.
Она мне все так же хитро улыбнулась, как и тогда на поляне и, поманив за собой, счастливо засмеялась:
— Тебе умирать еще рано. Пойдем-пойдем! Я тебя уже семнадцать лет здесь жду, а мне, между прочим, на покой пора!
Ничего себе заявление! Я скоро заикаться начну! Опять она меня пол дня водить за собой собралась? Страшно же до ужаса! Но делать нечего, и я, натянув на лицо, милую, хоть и скованную улыбку, медленно двинулась за ней.
Так, следуя за старухой и петляющими вокруг нее зайцами, я прошла вдоль разрушенного алтаря с потухшими свечами, что даже в таком разбитом, покинутом состоянии внушал мне благоговейный трепет. Это место, словно было…святым?
Впереди нас оказалась пещера. У ее дальней стены стоял каменный трон, а на нем восседал скелет с пышной седой косой, в котором я опознала Нюлу и боязливо зажмурилась. И держал он в зажатой руке камень. Обычный, не сияющий и не поблескивающий камень! Другие камни, что россыпью украшали склоны горы, светились так ярко, что освещали всю пещеру, а этот же…был совершенно обычным. Я даже разочаровалась как-то.
— Ты же за камнем сюда пришла? — вопросила всезнающая.
— Да, за ним, но…
— Разве обложка гениальной книги всегда прекрасна? — мне показалось, что скрипучий старческий голос стал мягче, бархатистее, моложе.
"Мысли читает!" — мне стало стыдно.
— Конечно, нет. Просто ожидала чего-то другого.
В этом каменно-скалистом царстве необыкновенные камни, которые, если попадут в руки умелого мастера, будут украшать прекрасных титулованных особ, а этот камень можно и на улице подобрать.
— Возьми, Кия, — проникновенный голос разом помолодевшей на моих глазах души звучал наставительно. — Он обязательно засияет, когда придет время, — подмигнула она мне.
И я взяла и крепко сжала в ладони, наблюдая, как скелет рассыпается, а душа старухи преображается в юную девушку. Хотелось потереть глаза и убедить себя в реальности происходящего. Нюла же не выглядела удивленной ни моему появлению, ни своему приображению. Она точно знала, кто я и зачем пришла. Что за чудное место! Наполненное зайцами…
— А почему здесь столько зайцев? — захотела вдруг спросить я. Ведь всю свою жизнь старуха провела именно с ними.
— Это святилище, Кия, — улыбнулась мне девушка, наглаживая свою темно-русую косу, и разглядывая помолодевшие руки. — С этого места начал создавать наш мир Творец, здесь его самый древний храм. И он не должен пустовать.
— Но разве вам не жалко было убивать их? — дрогнула я, вспоминая могильник под озером.
