— А разве тебе не жалко было смотреть, как второй сын Жакона Дарующего убивает людей? — насмешливо приподняла бровь она.
Откуда она его знала?! Точно ведьма!
Но мое удивление отошло на второй план, когда я, наконец, поняла смысл ее слов.
"Убийца? Он?" — мое сердце пропустило удар. Может когда-то я так и думала, но только не сейчас. Это было неправильно!
— Но они уже не были людьми!
— А как же их души?
Я вспомнила Лифнию. Это она привела меня на чердак к сыну Алисии. Я помню ее голос! Ее душа до последнего боролась с мором!
— Мы освободили их души, умертвив тело, что им более было неподвластно! — убежденно заявила я, стоя на своем.
Девушка лучисто улыбнулась и кивнула своим мыслям, а мне ответила:
— Я тоже освободила их души. Тело ничто, Кия, а душа вечна. Не волнуйся, они помогают сохранять храм Творца.
Старуха стала исчезать с моих глаз, растворяясь в воздухе. А у меня оставалось еще столько вопросов к ней! Я же ничего не успела узнать!
И в самый последний момент она шепнула, указав на что-то за моей спиной:
— Ты свое тело-то не забудь. А то оставишь здесь и займешь мое место, — указала она на рассыпавшийся скелет на троне, а я резко повернулась и с ужасом увидела у болтающегося конца свисающей со скалы веревки свое тело без признаков жизни. А на мой испуганный взгляд старуха развела руками со словами: «Это святилище. Тело здесь ни к чему».
И исчезла.
Так бытро я еще в совей жизни никогда не бегала! Сломя голову, я бросилась к телу, чтобы, коснувшись его, открыть глаза, почувствовать привычную тяжесть и выдохнуть от облегчения, что я все еще жива.
***
— Дар! — кричала я из туннеля, в который забралась с горем пополам. — Тащи!
Сил больше не было, и я остановилась на середине туннеля.
— Кия? — донесся до меня еле слышный голос.
— Да я это! — гаркнула что есть мочи. — Тащи, говорю! Я больше не могу ползти!
— Что? — все такой же отдаленный голос, больше похожий на эхо.
Оставалось только побиться головой об стену и вылезать самой! Но проблема была в том, что я ползла, волоча за собой бережно скрученный узелочек с драгоценными камнями, которые нашлись рядом с моим телом. Ничего удивительного не было в том, что я посчитала это подарком судьбы за все мои труды! И я уже во всю мечтала о новой жизни:
— Вот Дариан напишет рекомендацию, я куплю домик и у меня наконец-то будет сад рядом. А еще я куплю карету, пару новых платьев и построю новый архив.
Немного подумав, я тихо добавила: «А все оставшиеся деньги отдам в храм Творца».
— Куда-куда отдашь? — послышался надо мной голос.
Ненавистный. Раздражающий. Высокомерный голос.
— В храм! — не заметила я, как выбралась в медвежью нору. — Будет моей благодарностью Творцу за спасение моей жизни каждый раз, когда ты оказывался рядом!
Я встала, разгибая спину, и прикрыла глаза от слепящего света. Закат. Я провела там, внизу, несколько часов!
— Ты нашла камень? — меня притянули к себе руки окаменелого.
— Нашла, — важно заявила я, задрав подбородок, и полезла развязывать узелок, что принесла с собой. Камни радовали глаз и душу, ведь были из святилища, а, следовательно, частичка Творца теперь была со мной. Разве же это не благодать?
Но Дариан буквально выбил у меня из рук сверток, и успел выхватить нужный ему камень раньше, чем все остальные упали к моим ногам. Его глаза рассматривали камень со всех сторон, он хмурился.
— Почему он такой? — глухой голос.
— Не знаю, — раздраженно отмахнулась я, возмущенная его наглостью. — Нюла сказала, что он обязательно засияет, но позже, — устало ответила я, подбирая камни с земли.
Дар переменился в лице, и посмотрел на меня как-то слишком странно, непривычно.
— Допустим, а что ты там про дом говорила?
— Планы на будущее строю.
— Хм, — задумчиво протянуло чудовище. — Разве я сказал, что отпущу тебя?
Я замерла, надеясь, что просто послышалось. А затем подняла на него глаза полные отчаяния.
— Ты же…
— Я говорил, что не трону твои книги, но отпустить после всего я не обещал.
Мой мир рухнул в одно мгновение.
Он не мог так со мной поступить! Или мог?! Бесчувственное существо, окаменелый. Разве могла я надеяться на понимание? На чудо?
Пелена ярости затмила мне глаза, и я, не помня себя от злости, вскочила, замахнулась, вот только ударить не успела. Моих губ коснулись губы Дариана, я глотнула ледяной воздух и уронила руку, а так же камни, что секунду назад так бережно собирала. Его язык прошелся по моим губам лаская, и проник внутрь, касаясь моего языка, сплетаясь с ним. А я испугалась, потому что в душе сладко заныло, и я оцепенела, не противясь. Сознание помутилось, и я почувствовала отголосок чужих эмоций. Холод, спокойствие, нежность, вспышка радости, что-то сладкое, тягучее, но слишком маленькое…Слабое чувство.
Послышался звук, словно разбили стекло где-то рядом. Я потянулась губами за исчезающим теплом, потому что поцелуй прервался, и увидела, как камень на раскрытой ладони Дариана светится алым светом.
— Кия, камни Творца — это символы любви. Ты знаешь историю любви Творца и Хариды? — победная улыбка на губах.
Историю любви? А разве Творец любил богиню стихий?
