Валерия, человек опытный, сразу прошла в комнату отдыха – Алекс даже не заметил эту дверь за столом – и тут же вернулась.
– Там только тапочки.
– Его?
– Ну откуда я знаю.
– А по размеру похоже?
Алексу опять казалось, что всюду тотальный обман: кто-то развесил тут эти бумажки, путает их, заманивает в ловушку.
– А чайник не теплый? – Алекс раздавал команды, стоя посреди кабинета, а сам будто боялся наследить или попасть под какие-нибудь лазерные лучи. Можно перекатываться по ковру, как в кино. – А может, он уехал домой, ну, в квартиру, и сейчас как раз там ищет нас?
– И сколько дней ты уже тешишь себя этой мыслью?..
Стоит ли снять здесь куртку и, если что, как быстро он успеет ее подхватить?
– Все-таки странно. – Алекс заставил себя ходить по кабинету, опять искал какие-то приметы, которые могли бы подтвердить, что все это правда принадлежит отцу. – Штаб должен, наоборот, охраняться сильнее, чем Белый дом, чем Кремль…
Иглинская помалкивала.
Алекс поднял трубку аппарата спецсвязи. Они его веселили с детства. Ну, там, типа XXI век на дворе, а с этими телефонами можно снимать фильм про Брежнева – только орлы поменять на советский герб. Он как-то спросил отца, зачем власть пользуется дисковыми аппаратами, если, конечно, можно называть так те, у которых и диска-то нет.
– Что там?
– Ничего. Щелчки и тишина.
– А написано-то чего? Президент? Премьер? Патриарх?
Странно, что Иглинская вдруг так заинтересовалась этим.
– Ничего. Просто «АТС-1».
Помолчали.
– А у вас в Барвихе что, теперь есть аппарат «Патриарх»? – Алекс сделал ударение на «у вас». – Это что-то новенькое…
Она промолчала.
– Может, сделать чай?
Это дурацкая идея – здесь оставаться, но не сидеть же сложа руки. Алекс должен был что-то делать.
– А нет ли чего покрепче? – он будто разговаривал сам с собой.
И – в зеркальном шкафчике-баре был джин!!! Наконец-то. Алекс почти уже разлил его по стаканам, взятым от графина, но вовремя заметил, что бутылка початая. И, как ни хотелось выпить чего-то приличного, внезапная мысль, что их могут таким образом отравить, заставила Алекса взять запечатанный
Его уже тошнило от всего этого московского пойла.
Они уселись за приставной столик. Лера наконец сняла палантин. Закуски не было.
Сидели молча.
– С ним было так смешно… Я тогда и не думал, что буду учиться в Англии, мы просто поехали посмотреть…
– Зато он думал.
– Да вряд ли. Сколько мне было, лет двенадцать?.. Мы поселились в каком-то сетевом отеле, возле Грин-парка…
– То есть это был неофициальный визит?
– Нет, конечно. Он тогда не считался
Алекс смеялся куда веселее, чем предполагали все эти пустяковые истории.
Он ожидал диалога вокруг этого случая. Например, Валерия спросит, почему для него это так важно. Нет, глупый вопрос. Или заметит, что проскочило «папа». Или спросит, когда это было. У нее как раз в те годы был контракт с Ковент-Гарденом, она жила в Лондоне. Это Алекс почерпнул из «Википедии», фильма
Но Валерия молчала и – неожиданно – пила.
Они прикладывались к бутылке и в коридоре, все так же полном бумажных теней других заговорщиков, и внизу, где все так же не было охраны, и на темной улочке, где Алекс наконец вздохнул с облегчением, а перед всем этим Валерия с подозрительным для балерины мастерством и даже силой – балет рук?! – выковыряла дозатор.
– …А этой весной мы с Тео были в Париже. Тоже было примерно вот так же холодно, мы ожидали, что будет теплее.
Этой весной она тоже была в Париже. Мастер-классы или что-то вроде. Алекс гуглил почти ежедневно, что о ней тогда писала французская пресса: конечно, почти ничего. «Если у них правда есть маленький ребенок, то как она оставила его на два месяца?» – спрашивал он Тео. «Все это кончится тем, что на тебя выпишут судебный запрет из-за преследования, – раздражался Тео. – Мы едем, нет?» Их ждал ночной Париж. Валерия Иглинская на его улицах так ни разу им и не встретилась.
