Я перебежками приблизилась к нему, ножом разрезала веревки на руках, шее и теле. Он от слабости упал на вытоптанную траву. Я аккуратно подняла его и прислонила к стволу дерева:
— Вы меня слышите? — я убрала волосы с его лица, его черные длинные ресницы дрогнули. — Пить будете? — он открыл глаза, я приблизила флагу с водой к его губам, обветренным и растресканным. Он стал пить медленно, глотая с трудом. Я тихо застонала:
— О Великие Боги и Силы, да за что же так мучить можно? — Мужчина только посмотрел и опять упал. Я достала из своих запасов зелье, дающее силы с тонизирующим эффектом, уже не обращая внимание на то, что меня могут заметить, приподняла его, положив его голову мне на предплечье. О Боги! Это эльф! Сквозь волосы торчали острые ушки. Намочив носовой платок, аккуратно обтерла лицо, открыла склянку и сказала:
— Это снадобье даст Вам силы, постарайтесь проглотить его, — и осторожно стала вливать зелье, которое эльф проглотил, потом вновь дала воды. Я держала его в своих объятиях, слышала его прерывистое дыхание, и мне хотелось только одного — спасти ему жизнь! Пусть он будет не со мной, но только пусть он живет — вот о чем, я молила всех Богов в тот момент.
Я нежно разминала его затекшие руки и пальцы, гладила по голове, глотая слезы, читала, как не покажется вам странным, «Отче наш», «Символ Веры» и «Богородице». Я страстно просила о помощи не для себя, но для него. Почему-то мне было больно, будто режут меня, будто это мой самый близкий человек. Не знаю, что помогло ему, но через полчаса, ему стало лучше, и я приняла решение забрать его с собой.
Я помнила дорогу к лесному ручью, где можно укрыть его от преследования, подлечить, поэтому надела на него амулет невидимости, помогла встать и буквально потащила его на себе к убежищу. Шли долго. Я изнемогала от усталости, тяжести, а эльф от огромной слабости. Дотянув до места эльфа, пока не стемнело, бросилась назад к стоянке разбойников. Там все перепитые, поэтому стащить еды и одеял, не представляло труда. Притащилась я со всем этим скарбом, когда уже начинало темнеть. Расстелила одеяла, помогла эльфу перебраться на них и укрыла, потом побежала собирать сухие палки, крупные ветки, благо этого добра здесь немерено. За полчаса справилась, и уже в темноте разжигала костер. Когда костер разгорелся, я накипятила воды и заварила целебный сбор. Отлила в кружку и, остудив, поднесла эльфу. Он наблюдал за мной все это время, но не проронил ни слова. Он отпил отвар. Пил сам, хотя руки держали слабо и сильно дрожали. Я подогрела пищу и подала ему. Он ел мало, без аппетита. Я спросила:
— Когда Вы ели последний раз? — Его тихий голос напомнил шелест листьев на ветру:
— Дня два, а может три назад. — Я, тихо выругавшись, опять сказала:
— Я Вам дам еще снадобье, оно состоит из… — стала описывать состав, — Вам такое можно? Ведь первое я дала на свой страх и риск. Оно было рассчитано на человека, а не на эльфа, — он слабо улыбнулся:
— А я не чистый эльф, во мне течет и человеческая кровь. — Фу, выдохнула, значит, можно дать и должно помочь. Я протянула ему стеклянку, но он покачал головой:
— Боюсь не удержать в руках. — Тогда я присела к нему, поднесла снадобье губам, и он выпил, потом дала запить отваром. Достала еще мазь, вытяжку из противовоспалительных трав, уж куда лучше наших «гелей», стала осторожно втирать в руки, ноги. Сполоснув руки, положила его на бок и растерла ему шею, спину, развернув, охнула — грудь состояла из сплошной гематомы. Низко опустив голову, так, чтобы эльф не видел моих слез, стала растирать горло, грудь и живот. Потом хорошенько укутала его, оставив отдыхать, спустилась к ручью.
Я плакала от того, что увидела. Как можно было выжить при таких травмах? И выживет ли? Какими на тот момент мелочными показались мои проблемы! Жизнь — вот что нужно ценить! Какая разница, где жить, главное — жить! Наплакавшись, я умылась ледяной водой и вернулась к костру. Добавила веток в костер, поднялась и поправила одеяло на спавшем эльфе, прислушалась к его дыханию — ему стало легче. Мне так хотелось обнять его, гладить волосы, бесконечно любоваться им, но я запретила себе даже смотреть в его сторону — ему нужно отдохнуть, набраться сил. Подкинув дрова, я завернулась в одеяло и тоже заснула, но не надолго. Проснулась от его стона и бросилась к нему:
— Что случилось? Чем могу помочь? — он простонал в ответ:
— Все тело ломит, голова болит. — Я вытряхнула свою аптечку, осмотрела лекарства, нашла обезболивающее с противоспалительным эффектом и сразу дала выпить. Потом опять растерла мазью. Укутала, подбросила в костер дрова и хотела сесть в другую сторону, но он слабым голосом попросил: