- Я и забыл, что в твоих руках сосредоточены сотни миллионов. Но, будучи моей женой, ты будешь действительно считаться владелицей, тогда как сейчас владельцем всех этих заработанных тобой чудовищных богатств считается граф...
Я махнула рукой.
- И за что такой талант девчонке? – печально сказал он. – Все, чего ты касаешься рукой, обращается в золото...
- Не заговаривай зубы. С чем ты приехал?
Он дал профессиональный и жесткий отчет без всяких виляний. Как профессионал профессионалу начальнику. Правда, я еще долго мучила его, задавая вопросы. В конце которых он вытер пот со лба и пожаловался:
- Ты меня полностью выпотрашиваешь. Я так не устаю и не волнуюсь даже когда встречаюсь с нашим королем и министром финансов!
- Они что-то понимают в бизнесе? – с интересом спросила я.
Он выругался.
- Пиранья! – обозвал меня он.
- Что это значит? – спросил вошедший граф.
- Маленькая рыбка, – механически ответила я, рассеянно раздумывая над последним предложением, которое я еще не успела обговорить с бароном, и рассеянно покручивая золотые кудри. – Он видел ее в своих путешествиях в Америке.
- Он опять делает тебе комплименты, – злобно взвился граф, уничтожающе взглянув на барона. – Я же ему говорил, что тебе нет еще шестнадцати...
Барон давился от смеха на стуле.
- Ну?! – спросил граф.
- Ты не мог бы погулять, пока я с ним обсужу финансовые вопросы? – механически спросила я, постукивая карандашом.
Граф рассердился.
- Я хотел бы знать, сколько мы получили прибыли, – сурово и напыщенно спросил он.
Я пододвинула к нему цифры...
- А сколько прибыли?
Я назвала, вычтя затраты на снаряжение экспедиции и кораблей.
- Мы окупили ее... – констатировал он.
Я кивнула.
Он, удовлетворенный, гордо ушел.
Барон тихонько засмеялся, когда он закрыл дверь.
- Ну ты и стерва... Нет, не хочу тебя женой – а то еще ты мной так крутить будешь... – поддел меня он.
Я только рассмеялась. А потом склонилась к нему.
- Слушай, что я тут задумала...
За что я люблю барона, так это то, что этот дерзкий, мужественный мужчина схватывает все с полуслова. Через полчаса он уже усвоил все детали и восхищенно смотрел на меня.
- Вот это ум! – завистливо сказал он. – Я понимаю, что у тебя абсолютная память, что ты мгновенно считаешь, что ты перечитала и перерыла всю литературу, даже финансовые отчеты за последние сотни лет... Но, чтоб так ...– он вздохнул. – Я ведь знаю об этом больше тебя, видел своими глазами, но даже и представить тех выводов и обобщений не мог, которые ты шутя сделала на расстоянии.
- Это рисково, – сказала я.
- Выходи за меня замуж, – без всяких шуток серьезно сказал этот мужественный и испещренный шрамами все еще красивый мужчина. – Мы с тобой поплаваем и попутешествуем в самых диких и опасных местах на славу, не то что эти рохли... Пройдемся с тобой по Амазонке...
Я шутливо ударила его веером по пальцам.
- Мне еще пятнадцать...
- Как жениться, так пятнадцать, а как на бал... – обиделся он. – Такой чепухой столько заниматься! Девчонка! – он насмешливо вздернул нос.
Я показала ему язык.
- Конечно, ты с головой в хлопотах...
- Платье для Мари такое сделала! – восхищенно похвасталась я, закатив глаза, по-детски желая поделиться секретом. – Приходи посмотри! – мне хотелось, чтобы хоть кто-то разделил со мной радость творческой удачи. Наверное, это у нас, мастеров, кастовое.
- Постой, – вдруг нахмурился он. – Это что, ты сама платье для нее шила, как последняя горничная?! – вид у него был, прямо скажем, звероватый. И чего он взъярился? – Ты что, не будешь на бале, а занималась тряпками для этой...
Я оборвала его.
- Она что, не могла пойти в один из твоих салонов, а использовала тебя как простую... – не унимался он.
- Я тоже иду на бал... – обиженно прервала его я.
Он успокоился и вздохнул, почему-то внимательно смотря на меня.
- Граф сказал, что ей нужен телохранитель, потому что участились случаи похищений и изнасилований, – добавила я.
Он выругался.
- Ты уже сделала себе платье?
- Нет... – я запнулась. – Да и не хочу себе яркого, – добавила я. – Не люблю выделяться, к тому же я горничная...
Он почему-то снова начал звереть.
- У вас тут в Англии, – злобно начал он, – такие снобистские предрассудки...
- К тому же я некрасива...
Барон заругался.
Но я не заметила, мечтательно глядя в окно и продолжая:
- Вот если бы я была такая как Мари, – мечтательно вздохнула я.
В ответ я услышала распространенное ругательство и удивленно взглянула на него.
- Бабы-дуры, – сказал он. – Совершенно не ценят то, что по настоящему ценно.
Я подумала, что чем-то его обидела и перевела разговор.
