Граф Рихтер вздрогнул. Наши все, раскрыв глаза и пожимая плечами, переглянулись. Я слышала, как они переговариваются. Берсерк, она же Ника – боевая кличка Лу и графа, под которой их двойку, знали во всем мире. Правда, так чаще называли просто Лу, но на это имя шла тайная корреспонденция из Англии для их обоих, вернее, в основном для графа, ибо Лу не читала притязания министерства. И теперь вся семья недоуменно смотрела на друг друга и на Рихтера. Тот тоже пожимал плечами. Старик, похоже, сходил с ума.
– Вы бы помолчали, ваше величество, – не сводя напряженных глаз с Мари, как можно вежливей, но внятно и настойчиво говорил в это время капитан.
– А вы бы лучше напали на них и освободили нас, – огрызнулся король.
Он не успел договорить, – Мари мгновенно выстрелила в мушкет дернувшегося капитана, так, что он вылетел из рук, почти мгновенно оказалась рядом с ошеломленным капитаном и, развернув коня, прямо из седла ударила ногой в коленку капитана на коне. Тот свернулся от боли, ткнувшись со стоном в спину коня, а Мари в это время просто вырвала у него из ножен саблю, наклонившись над ним и ткнув второй пистоль ему прямо в голову.
Всего несколько мгновений потребовалось ей, чтобы обшарить послушно лежащего на коне капитана, выкидывая найденное оружие прямо с коня в кусты, накинуть одной рукой на его руки петлю веревки и резко затянуть ее. Секунда, и она уже с силой оттолкнула капитана и ехала рядом, снова держа наведенный пистолет на короле.
Похоже, быстрота, с которой это все было проделано, ошеломила всех посторонних.
– Ничего себе, – прохрипел капитан. – Кто же тогда Лу?
– Берсерк, – одними мертвенными губами безжизненно и холодно сказала Мари. Он для нее уже умер.
Капитан стал мертвенно белым.
Граф Рихтер побледнел. Когда агент говорит свое имя, это значит, что в живых он их выпускать не собирается.
– Что?!? – воскликнул король.
– Берсерк, ваше величество, – устало проговорил Рихтер. – Я уже все выяснил. Вы умудрились сегодня прилюдно оскорбить самого лучшего легендарного агента и бойца Англии, которого все любили... Все, кто знал его, дипломаты и министры были в шоке. Те из сотрудников министерства, кто был на балу, разбегаются из страны... Нам придется просто закрыть министерство... Мне не удалось их успокоить, ибо гарантиям никто не верит... И вообще, никто не верит в то, что вы в своем уме... Им казалось, что король не мог этого сделать – он обязан думать о благе Англии и любым путем добиться, чтоб он служил нашей стране... Тем более что за него бьются другие страны, и, по слухам, сам принц Франции приударял за Лу. Если вы сделали такое из-за прихоти с легендарным человеком, сделавшим так много и бескорыстно, служить с которым мечтают и о котором известно, что он служил Англии исключительно бескорыстно, по своей воле, ибо его денег хватило бы, чтоб купить ее, то что ожидать обычным людям?
– Все равно я вас убью, – прохрипел король. – Нет, так сын убьет...
Мари издевательски хмыкнула чужим и напряженным для нее голосом.
Король присмирел и притих от него – и дурак бы по этому голосу понял, что ему явно в жизни больше ничего не светит.
– Мои сыновья продолжат дело отмщения после моей смерти! – патетически сказал он.
– Хорошо, – ляпнула Мари.
– Что ж тут хорошего, – огрызнулся Логан.
– Хорошо то, что мне не нужно думать, как отказать старшему принцу, – огрызнулась Мари. – Теперь уж точно он обойдет наш дом...
Она, кажется, ожила.
– А я своим сыновья не указ, – злорадно сказал король.
Мари снова побледнела и крепко сжала пистолет побледневшей дрожащей рукой, так что она побелела.
– Прекратите издеваться! – чуть не закричала она.
– По счастью, я запретил ему этот ужас, – мрачно сказал король, не услышав ее. – Как он мог даже такое подумать...
– Правильно, папа, – горячо поддержал его Джекки. – Совсем потерял совесть братец, подумать только – свататься к моей невесте!
Даже Мари дернулась, хмыкнув.
– Одно не пойму, – отчаянно и даже горестно проговорил король, яростно взглянув на графа Кентеберийского, – почему женщины благоволят такому старику и развратнику, и как он еще что-то может...
Мама неожиданно покраснела.
– О, королева! – всхлипнул король. – Что ты нашла в этом мерзком старике! – он опять бросил взгляд на графа. – Что же такое он делает с женщинами?
Он снова всхлипнул.
Теперь уже покраснел граф.
– Я в глаза не видел королеву и не старик! – надулся он.
– Да вам семьдесят лет!!! – бешено завопил король. – И тридцать из них вы ухаживаете за моей женой!!! – провыл он графу в лицо.
Но вместо выстрелов все как-то странно отреагировали на это. Запала удивительная тишина. Все бросали друг на друга потрясенные взгляды. Только мама сострадательно и жалостливо смотрела на короля.
– Ой, он чокнутый! – испугано тихонько тоненьким голосом сказала Мари и опустила пистолет.
– Он свихнулся! – догадался Логан.
– Граф, почему же вы мне ничего не сказали, что он повредился умом! – яростно обернулся к Рихтеру папá. – Скрывали!?! Что, уже хоть лучшего дипломата нельзя было предупредить! Я что враг своей стране!?!
Он в злобе кинул пистолет в карету.
