– Остальная часть группы встретит нас в пути на восток, но прежде всего мы должны сделать остановку. – Сказав это, Малик повернулся к старшему сыну. – Обрати внимание на наш маршрут. Однажды ты станешь хранителем нашей святыни и должен знать, как туда добраться.
– Ты ведешь нас на высокое место? – спросил Аахил голосом, охрипшим от волнения.
– Тебе пора, – ответил Малик.
Дети несколько минут хранили молчание. Даже Хаким вроде бы проникся торжественностью момента. Малик вел группу через оазис, а оттуда – в пустыню на северо-восток. Тропа была каменистой и вилась по узким ущельям и давно высохшим руслам рек. Камни имели красивый янтарный цвет, и песок был того же оттенка. Это была настоящая Гурия каменистых холмов и извилистых троп, которую Малик так любил. Много веков назад здесь поселились его предки. Еще мальчиком отец взял Малика в такое же путешествие, как они совершали сейчас. Это было одно из немногих дел, которое они делали вместе, только вдвоем, отец и сын, без слуг и советников. Малик помнил груз ответственности, который ощутил, когда отец объяснил ему цель путешествия, и теперь гордился тем, что передает традицию своему сыну.
– Много лет назад здесь поселились наши предки, сделавшие Гурию своим домом. Они были кочевниками, но красота этой земли заставила их пустить здесь корни и создать королевство.
Говоря это, Малик повернул голову, чтобы видеть детей. Они с благоговением оглядывались по сторонам. Рэчел тоже была покорена увиденным.
– Много лет наши предки меняли ландшафт, медленно превращая пещеры в дома и делая к ним пристройки из дерева.
Малик показал пещеры в скалах, обратил внимание детей на грубо вырубленные ступеньки, по которым их предки поднимались в свои жилища. Дети слушали раскрыв рот. Малик никак не мог поверить, что еще несколько недель назад он боялся к ним подойти, чтобы не быть отвергнутым.
– Они сохранили многие обычаи кочевников, занимались скотоводством и по прошествии нескольких лет осознали, что оазисы дают им возможность заниматься земледелием. И тогда общество начало процветать.
Малик рассказывал об истории своего народа, как его отец, со смесью гордости и почтения. Только мужественные люди могли обосноваться на бесплодных землях Гурии и заставить их процветать.
– Через годы другие племена стали завидовать тем, кто жил здесь. Они нападали и пытались установить собственный контроль над оазисом, но наши предки стояли насмерть и защищали свое королевство.
Когда верблюды нашли каменистую тропу, Малик слегка снизил скорость, чтобы Аахил мог его догнать. Они поехали рядом. Малик показывал приметы, по которым можно было запомнить маршрут, и Аахил впитывал его слова, словно губка.
Через двадцать минут Малик остановился и спрыгнул с верблюда. Он привязал животное к небольшому деревцу, росшему прямо из скалы.
Сначала он подошел к верблюду Хакима, дал команду, которая заставила животное качнуться вперед, потом назад, затем лечь, и помог младшему сыну выбраться из седла. То же самое он повторил с Амирой и Аахилом. Только Рэчел осталась на верблюде, и необходимость спускаться на землю ее явно не радовала.
– Держись крепко, и все будет в порядке, – сказал Малик, беря верблюда за уздечку.
Рэчел кивнула. Малик видел, что она встревожена. Для женщины, всегда контролировавшей ситуацию и знавшей, чего она хочет, было странно так бояться верблюдов. Малик вырос с верблюдами и ездил на «корабле пустыни» лучше, чем на коне. Вероятно, все дело в том, что Рэчел впервые увидела верблюдов только несколько недель назад.
Малик приказал верблюду лечь и подавил улыбку, услышав сдавленный крик Рэчел, когда ее сильно качнуло вперед, а потом назад. Убедившись, что верблюд спокойно лежит, он помог Рэчел спуститься и отвел ее к детям, которые приплясывали в нетерпении.
– Что дальше, папа? – спросила Амира.
– Дальше мы заберемся на скалу.
Рэчел окинула взглядом голую скалу и решила, что ослышалась.
– Заберемся? – ошеломленно переспросила она.
Нигде не было видно никакой лестницы – ни выбитой в скале, ни даже веревочной. Также не было ни уступов, ни других опор. Поверхность скалы была совершенно гладкой.
– Если бы все было очевидно, путь к высокому месту не был бы тайной, – усмехнулся Малик. Здесь, в пустыне, он казался более раскованным, словно во дворце груз ответственности был больше. – Следуйте за мной.
Они оставили верблюдов и прошли около ста ярдов вдоль каменной стены, прежде чем Малик остановился и указал на переднюю часть скалы.
– Ты видишь знак? – спросил он, адресуя вопрос Аахилу.
Принц внимательно осмотрел поверхность скалы и кивнул. Он выглядел очень довольным. Хотя Рэчел казалось, что ей снится причудливый сон, в котором она почти ничего не понимает, ей было приятно, что Малик и его старший сын становятся ближе друг к другу.
