— Лианна, — снова предупредил Рейгар, сжав её локоть, чтобы сдержать её, но Лианна не обратила на это внимания.
— Всё хорошо, любовь моя, — проговорила Серсея ласковым тоном, который чуть не заставил Лианну вцепиться ей в глотку. — Она ещё выздоравливает. Её разум не восстановился.
— Мой разум восстановился достаточно, чтобы понять, что ты хотела этого с самого начала, — с рычанием начала Лианна, отдёрнув от себя руку Рейгара и подойдя ближе к Серсее. — Но не твои шепотки и ложь привели тебя сюда. Нет, это слабое сердце моего мужа…
— Лианна, достаточно! — рявкнул Рейгар, и его суровый голос эхом отозвался в комнате. — Почему тебе обязательно нужно быть такой непреклонной…
— Потому что это моя природа! — воскликнула она, повернувшись, чтобы встретиться с ним взглядом. — Я не безразлична к несправедливостям. Ты должен кое-что знать об этом. — В его глазах мелькнуло понимание, затем снова появился гнев. Лианна прижала ладонь к виску и крепко закрыла глаза, надеясь заставить их всех уйти.
— Леди Серсея, — услышала она шёпот Рейгара. — Мои глубочайшие извинения, миледи. Не могли бы Вы оставить нас на секунду; я увижусь с Вами позже. — Раздались любовные звуки, шум открываемой и закрываемой двери, и тишина.
— Ты ведёшь себя по-детски, — с презрением сказал он. — Ты не старше, чем была, когда я обнаружил тебя, одетую в плохо подогнанные доспехи и забирающуюся на дерево. — Обычно он упоминал этот случай с мягким смешком и забавляющимся огоньком в глазах. Лианна открыла глаза, чтобы посмотреть на него, своего любимого, своего мужа, ругающего её.
— Меня это больше не волнует, — сказала она прерывающимся голосом. — Можешь пойти поискать взрослую королеву в Ланнистерше. Я же вернусь к несносной, детской себе. — Её ноги затряслись. Дрожь охватила всё тело до кончиков пальцев, и Лианна села. Во всём теле и разуме вдруг возникла ломота, которую она уже испытывала много раз. — Я хочу вернуться домой, — прошептала она, обхватив руками живот и подавшись вперёд в своём кресле.
— Я отведу тебя в твои покои, — сказал Рейгар, двинувшись к ней.
— Нет, не здесь. Я ненавижу это проклятое место. Я хочу вернуться домой, в Винтерфелл. — Прошли уже годы, осознала она. Последний раз она была там до войны, до того, как сбежала, до того, как всё разрушила. Теперь летние снегопады вдруг позвали её, и она хотела к ним. — Не заставляй меня оставаться на этой свадьбе. Я хочу домой.
— Ты должна остаться на свадьбе, — холодно проговорил Рейгар. — Я не допущу, чтобы королевство отметило твоё отсутствие.
— Это жестоко, — с шипением ответила она. — Ты говоришь мне остаться в этом замке, в то время как сам будешь трахать другую в соседней комнате?
— Не говори так резко, — предупредил он с гримасой. — Ты не уедешь до свадьбы.
— Но я могу уехать? — Её сердце затрепетало от этой перспективы, а на губах вылезла непрошеная улыбка. — Я могу поехать домой?
После заметных колебаний, он уступил.
— Можешь.
Она подумала, что могла бы поцеловать его за эти слова. Но её битва ещё не была окончена.
— Я прошу больше. Хочешь услышать, что?
— Да. — Он поставил перед ней стул и сел, устремив на неё взгляд.
— Я прошу уехать на год. Не хочу мешать тебе и твоей новой жене.
— Год? — Он нахмурил брови, не соглашаясь. — Это слишком долго.
— Я молюсь, что она даст тебе ребёнка за это время, и мне не придётся видеть, как ты относишься к ней с той же нежностью, с какой относился ко мне. — Она увидела, как его губы дёрнулись, словно в преддверии возражения. — Я не смогу так. Я не смогу видеть, как вы двое любите друг друга или делаете вид, что любите. Я не буду терпеть своей холодной постели, зная, что ты греешь её.
— Хорошо, — смягчился Рейгар после некоторых колебаний. — У тебя есть год. Но потом ты вернёшься.
Лианна кивнула.
— У меня есть последняя просьба.
— Какая же, скажи на милость? — спросил он с раздражённым вздохом.
— Я возьму с собой Джона.
Он был невероятно поражён этим. Его глаза расширились, и он схватился за края своего стула.
— Ты не заберёшь моего сына, — сказал он жёстким, холодным голосом, и Лианна поняла, что задела его.
— Он и мой сын тоже, — яростно напомнила она. — Я дала ему больше своей боли и своего времени, чем ты, и я не должна быть без него.
— Ты не возьмёшь Джона. Он останется здесь, где и должен быть.
— Если я не могу взять его с собой, то, клянусь Старыми богами и Новыми, я убью себя, — пригрозила она; её глаза опасно засверкали. — Я знаю Красный Замок достаточно хорошо, чтобы знать, какие башни самые высокие. — Рот Рейгара сжался в прямую линию, не желая что-либо говорить. — Джон — это всё, что у меня есть. Я поеду на Север вместе с ним или умру.
— Ты просишь слишком многого.
— Я прошу только взять с собой мои сердце и душу. Я не оставлю его здесь, пока его отец будет заниматься любовью с другой женщиной.
— Хорошо, ты можешь взять Джона с собой, — позволил сквозь зубы Рейгар. — Но я оставляю за собой право послать за ним раньше отведённого тебе года.
— У тебя есть право на это.
— Тогда отлично.
— Отлично.
