— Мне хотелось бы говорить с Вами, как со всеми другими людьми, — сказала она, снова зашагав. — Я чувствую себя довольно глупо, разговаривая с кем-то позади себя.
— Да, это порядком глупо.
— Согласна.
Они пошли дальше, и Лианна находила покой в тишине, несмотря на звон его доспехов. Она взглянула на него, изучая тонкости костюма.
Она смотрела так на него много раз, и каждый раз её охватывало благоговение. Они были белые, словно свежевыпавший снег; самые белые доспехи, которые Лианна видела, с чешуйками, вырезанными из металла, на плечах, наколенниках, наручах и сапогах. На нагрудном знаке из серебра была выгравирована корона — символ тех, кому они служат. Многие годы Лианна нелепо думала, что это означало королевскую семью в целом; теперь она знала, и довольно давно, что это была корона короля, а не королевы. Возможно, ей следовало бы знать это из самого названия Королевской гвардии, но разве королева — не часть короля?
Лианна полагала, что нет.
— Из какого металла сделаны Ваши доспехи? — спросила она молодого рыцаря. Он опустил взгляд на свою грудь, как бы оценивая их.
— Сталь, полагаю, — ответил он, удивлённо моргнув. Он с замешательством посмотрел на неё.
— А это единственный экземпляр доспехов Королевской гвардии, который у Вас есть?
— Я обновлял их несколько раз, но это всё одни и те же. — Он сделал паузу и осмотрелся. — Зачем Вы спрашиваете? Планируете присоединиться к нашим рядам?
Лианна покачала головой.
— Нет, просто любопытно. — Она наморщила брови и спросила: — Почему они выглядят нетронутыми, если это всего лишь сталь?
— Хорошая сталь, полагаю, — ответил он, всё ещё озадаченный.
— Говорят, Вы шагнули в огонь, чтобы спасти принцессу Элию. Ещё говорят, что дикий огонь прожигает всё, что угодно. Но Ваши доспехи… — Она протянула руку, чтобы коснуться нагрудного знака, но он отдёрнулся от неё. Она бросила взгляд на его лицо и увидела на нём боль, а в глазах — затаённую тоску.
— Я не ходил в огонь, — слабо признался Джейме. — Я всего лишь был близко к нему.
— Жар огня должен был…
— Я не знаю, почему, — нетерпеливо произнёс он и отвернулся.
Лианна поняла. Она стала лучше воспринимать ложь и интерпретировать слова с тех пор, как покинула столицу, словно часть её сердца могла распознавать в неправде грубую действительность.
— Вы нарушили клятву, в которой говорилось защищать свою королеву, — громко произнесла Лианна с удивлением в голосе. Рейгар даже говорил ей, что попросил Джейме позаботиться о его жене и детях, прежде чем уехать на Трезубец. Услышать теперь, что он ничего не сделал, чтобы выполнить обещание… — Я не осуждаю Вас за это, сир Джейме, я лишь спрашиваю, почему.
Он вновь повернулся к ней.
— Королевская гвардия состоит из трусов, — с оттенком злости сказал Джейме. — Я — не исключение. — Лианна хотела не согласиться. Рыцари на самом деле были храбрыми, но только когда прислушивались к самим себе.
— Вам нравится быть рыцарем Королевской гвардии? — спросила она в надежде разрядить обстановку. Но даже такой вопрос не устроил сира Джейме. Он усмехнулся и посмотрел себе под ноги.
— Мне нравилось бы больше, если бы мы не вынуждены были делать такие ужасные вещи, — ответил он, всё ещё хмурясь.
— Такие, как охранять королеву? — сказала Лианна с улыбкой, которую Джейме медленно вернул.
— Например, — ответил он и поднял голову к небу.
Между ними на короткое время воцарилась тишина, но она была комфортной. Рука Лианны снова вернулась к животу, возможно, надеясь почувствовать внутри жизнь. Ребёнок ещё не начал пинаться, но Лианна думала, что скоро будет.
— Моему отцу не нравится, что я — королевский гвардеец, — внезапно сказал Джейме. Лианна посмотрела на него и увидела, что его глаза всё ещё устремлены в небо. — Это с самого начала было оскорблением. Уверен, Вы слышали о том, как поссорились Эйрис с моим лордом-отцом. — Лианна кивнула. Это была печально известная история, и причина, по которой Ланнистеров не было в Харренхолле. За исключением Джейме, конечно. — Как рыцарь Королевской гвардии, ты принимаешь клятвы: не иметь ни жену, ни детей, ни титулов, ни земель, ни привязанностей, кроме твоего короля. Я не могу стать лордом Утёса Кастерли, как очень хотел бы мой отец.
— Но у Вас есть младший брат, — вспомнила Лианна. — Боги, как его зовут? — Она нахмурила брови, вспоминая, но ей напомнил Джейме.
— Тирион, — хрипло сказал он. — Он убил мою мать при рождении. Бес.
Да, теперь Лианна вспомнила. Когда он родился, был настоящий скандал; леди Джоанна Ланнистер была известна во всех королевствах как сильная, умелая женщина великой красоты. Шептались также, что Тайвин Ланнистер очень её любил — это после её смерти он стал таким жестоким и бессердечным. Но ребёнок, сын, был безобразен; бес и уродец. Не такой, каким должен быть Ланнистер.
— Но он всё равно сын лорда Тайвина, — настаивала в ответ Лианна. — Он всё равно может жениться и иметь детей, наследников Утёса Кастерли.
— Мой отец это знает, — нахмурившись, резко ответил Джейме. — Для него это неважно. Он презирает моего брата.
