Все, кого она смогла увидеть на торжественном балу в честь прибытия участников, храбрых и отважных змееносцев великих Империй, и открытия нового столетнего турнира, были одинаковы хороши. Аристократов и дворян выдавала кожа, она буквально светилась каким-то внутренним огнем, холодные и остекленевшие глаза искали выгоду в своих претендентах, в них светилась страсть и необузданный азарт, оттого на них было так страшно глядеть, тебя одновременно пробирал мороз и пламя. Именитые купцы, торговцы, разработчики и архитекторы воздушных кораблей, исследователи изобретений третьего тысячелетия - весь контингент знати походил на театральную постановку, где живыми были только их двигающиеся руки и ноги, но веревочками, на которые подвешены куклы, управляли другие, стоящие и за спиной королевских семей. Почти каждого из них сопровождало по десятку человек из охраны, цвета и украшения их нарядов были настолько разнообразны, что стоя по всему периметру огромного зала, сверху представлялся вид ярких точек, словно художник разбрызгивал все оттенки палитры на холст. Живой была только одна душа, в чьих жилах текла благословенная кровь. Когда наследная принцесса Османской Империи ступила на холодные мозаичные плиты, по которым тянулись этнические восточные узоры, зал на миг замер, не смея произнести ни звука, настолько бесподобной была ее красота и величие. Платье струящиеся по идеальной фигуре, молочная кожа с персиковым отливом на щеках, длинные ресницы, а курчавые волосы сравнимы были лишь с безлунной ночью, такой же темной и непроглядной. Она не была марионеткой в чужих руках, скорее сама подчиняла людей, но не с помощью власти и статуса, а силой убеждения и морали. И Лира хотела бы хоть отчасти быть похожей на нее.
Осторожно опустив мерцающий мираж на стол, он в мгновение растворился, а девушка перевела взгляд на собеседника.
- Ты оказался прав, я действительно удивлена. Значит, ты и не такое можешь? - задумчиво спросила она себя, и затуманенным взором, блуждая по стеклянным стенам, сквозь которые проникал блеск рассвета - начало нового дня. - Несмотря на все эти прекрасные материалы, ты прекрасно понимаешь собственный исход положений, разве я не права?
Мальчик высокомерно изогнул брови и немного расторопно сел в привычное положение, будто что-то только что упустил.
- Что ты имеешь в виду? - серьезно спросил Алекс.
- Если бы тебя не интересовала я, разве бы ты пришел и отозвался на мое приглашение? Видя твои способности, думаю, ты легко мог бы нанять местную группировку, поклоняющуюся темному началу, а те нашли бы способ прикончить меня еще до турнира, а все следы, ведущие к тебе, исчезли. Но в тоже время, ты показываешь мне свои результаты наблюдения. Для чего? Показать свои способности? - губы тронула меланхолическая улыбка. - Поверь, я уже достаточно убеждена в твоем таланте.
Кулак врезался в деревянный стол, отчего стакан с грохотом раскололся, упав на скользкие кристальные плиты.
- Говоришь, уверовала? - с придыханием спросил он, сдерживаясь от бурлящей ярости. - Знай свое место, девчонка. На открытии турнира, ты заняла далеко не первое место, да еще проявляешь невостребованную нежность к своему главному сопернику. Что это было - порыв милосердия? - вскинулся Алекс. - Такие непроходимые отребья мне не нужны. На этом турнире нет, и не может быть жалости. Иначе, как объяснить то, что ты спасла османского Герцога?
Лира молчала, ожидая продолжения, но юноша несколько раз глубоко вздохнул, и устало откинулся на бархатную алую софу.
- Я действительно был потрясен, когда мои камеры заметили тебя, - рука провела по растрепанным пепельным волосам. - Ты сказала, что из Йоркшира, но в Британской Империи ты не найдешь ни одного учителя, ни тем более пособий или документа, хотя бы отдаленно говорящим о расчете биения сердец. Но я видел твои глаза и выражение твоего лица, а значит, ты знаешь, что это такое. Это покоробило меня, немного, конечно - это всего лишь навык, которым неплохо было бы обладать каждому, кто борется за свои цели, желания, потребности и победы. Я стоял в тот день у причалов до самого конца, до самой поздней ночи, отслеживая координаты и приезд каждого из участников. Лучше сразу увидеть противника в лицо и хоть что-то узнать, с чем тебе стоит встретиться. Это немного глупо - афишировать наш прилет таким помпезным и громким способом, высокопоставленным лицам вроде Османской четы от этого не скрыться, но они могли бы постараться не восхвалять себя с самого начала. Можно даже сказать, что это тоже своего рода часть испытания - не выходить к зениту Солнца до самой последней секунды.
