— Просто выслушай меня. Наркотик какое-то время помогал, пока Красная Королева не разузнала о зависимости Кэрролла. Борьба в Стране Чудес была в самом разгаре: Королева была у власти, а Кэрролл пытался создать против нее сообщество Инклингов; тогда она сделала так, что наркотик исчез с лица Страны Чудес.
— А без лекарства у Льюиса продолжились головные боли.
— Головные боли усилились настолько, что он начал рисовать те разбитые изображения самого себя, — говорит Пиллар. — Сэр Джон Тэнниел, художник Кэрролла и его хороший друг, заметил этого и предупредил его о последствиях. Но Кэрролл просто обожал свои рисунки и не мог остановиться, даже несмотря на убийственные мигрени. Десятки раз его находили лежащим в состоянии комы прямо на полу в своей студии. А потом он приходил в сознание, не помня, где он был и что делал.
— Не нравится мне к чему Вы клоните.
— Знаю. Печально, но это правда. Кэрролл превращался в Кэролуса Людовикуса, когда терял сознание.
— Что? Как в случае Доктора Джекила и Мистера Хайда? У Льюиса было что-то вроде раздвоения личности? Это объясняет, почему человек в Лондоне настоящий Льюис Кэрролл, — говорю я. — Бедный Льюис. Ему просто нужна помощь. Кто-то, кто сможет пробудить его и избавить от злобного альтер эго.
Пиллар останавливается и смотрит на меня. Я знаю его уже довольно давно, чтобы понять, что сейчас он сбросит на меня бомбу.
— Было бы проще, если бы все произошедшее с ним было сотворено лишь руками монстра внутри него самого, — говорит Пиллар. — Однажды, Льюис очнулся после очередного приступа и увидел, что напротив него кое-кто сидит.
— Кое-кто?
— Кое-кто, очень на него похожий.
Я ничего не говорю. Я лишь недоверчиво склоняю голову набок.
— Льюис Кэрролл смотрел на Кэролуса Людовикуса во плоти, — говорит Пиллар, пока фейерверки взрываются алым в небе над нами. — Его темная сторона, проявившаяся в качестве отдельного и реального существа. Монстра Страны Чудес.
Инспектор Соня перевел взгляд с офицеров на Льюиса Кэрролла и обратно.
— Ну, мы впервые поймали преступника прямо в отделе. — Он хихикнул. — Не считая кролика на прошлой неделе, которого я так и не поймал.
Льюис Кэрролл ничего не ответил. Все забеспокоились. Никто не знал, можно ли на самом деле удержать Монстров — Чудесников за решеткой. Что-то было не так.
— Мое имя не Льюис Кэрролл, — наконец, произнес монстр, стискивая зубы от головной боли. — Кэролус Людовикус.
— Ладно. — Сказал Инспектор Мышь.
— Решетка меня не удержит. Я смогу уйти, когда захочу, — сказал Кэрролл. — Но я окажу вам любезность поймать меня, при одном условии.
— И каком же? — спросил Инспектор Соня.
— Передайте Королеве Англии, что я хочу с ней встретиться. Я знаю, как остановить чуму. Но я сделаю это лишь в обмен на лекарство от моих мигреней.
Однажды я услышала песню, которая мне очень сильно нравилась. Она называется: «Шоу должно продолжаться» Фредди Меркури. Причина, по которой она приходит мне на ум, пока я пробираюсь по бесконечному кальянному фестивалю такова, что, похоже, она описывает то, что именно я чувствую. Просто представьте. Менее, чем за 48 часов, я узнала, что Пиллар предал меня; я познакомилась с одним из худших отморозков на земле, Палачом; и только что поняла, через какие муки прошел Льюис Кэрролл.
Я имею в виду, кто сможет жить с своим собственным отколовшимся «Я», который превратился в твоего заклятого врага? Врага, которым ты же и являешься. Темная часть тебя.
Ты — со всеми теми мыслями, с которыми не с кем поделиться.
Ты — со множеством идей, которых тебе не суждено узнать, поскольку они зарыты в твоем подсознании.
Ты… на самом деле вовсе не ты.
Убедившись, что я не упустила Пиллара из поля зрения, разум окутывает туман, подобно дыму, что нас окружает. Мне кажется, что я не лучший кандидат, чтобы признать, что Чешир все же был прав. И всегда будет. Мы все здесь безумцы. Единственное, что я бы добавила к его знаменитой фразе: Не стоит тыкать пальцем. Мир — зефирный пузырь безобразия. Наслаждайся, пока можешь.
Несколько минут назад, я спросила Пиллара, почему Кэролус оказался в автобусе. Пиллар ответил, что про автобус ему ничего неизвестно, как и о том, что там произошло. Еще он добавил, что все эти галлюцинации из-за грибов. Теперь я не знаю чему мне верить.
— Алиса! — Голос Пиллара возвращает меня к реальности. — Ты это видела? — Он показывает мне кальян в виде слоновьего хобота. — Придурковатая причуда, да?
Я фальшиво улыбаюсь.
— Спрошу Вас еще раз. Как мы доберемся до Ученого?
— Ботаникуса, если быть точным, — отвечает Пиллар. — Я тут навел справки, и выяснилось, что его зовут именно так.
— Они не знают его настоящего имени?
— Даже адреса. Но мне сказали, он похож на сумасшедшего профессора из фильма «Назад в Будущее».
— Не знаю такого.
— Забавный фильм восьмидесятых. Ты даже еще не родилась. Не бери в голову.
— Что и все?
