Есть такие истории, о которых мир забыл или их владельцы никому не хотят о них рассказывать. Одна из них касается мира под названием… Каладрис.
Шесть веков назад фракция из Унии, направив туда своего ишвар [9], провела ритуал Кровавой Жатвы. Так материки мира Каладрис были перенесены в земли Унии, а населявший их народ порабощён.
В те годы, едва насытившись маной, мир Каладрис выбрался из числа Диких Миров и перебрался в пояс Пограничья. То бишь став поближе к Унии, он сразу же подвергся атаке. Оттого разнообразия по числу стихий у каладрийцев кот наплакал — огонь, вода, земля и воздух. Жизнь, ментал и их более редкие подвиды в их мире отчего-то не встречались. Ни молний, ни металла, ни управления растениями… Ничего.
Отличительной чертой Каладриса была необычайно большое количество Аномалий. Если бы того самого Охотника на Земле попросили сравнить их численность и опасность, он бы сказал:
…
За пять тысяч лет самостоятельного развития в экстремальных условиях каладрийцы, как вид, сильно изменились. В гонке развития с монстрами слабые представители их расы попросту не выжили.
Физические тела жителей Каладриса отличались высокой силой, ловкостью и выносливостью. А разум имел необычную гибкость. К двадцати пяти годам каладриец достигал пика своего развития.
Любой житель этого мира в шестнадцать лет знал ответ на вопрос:
Чтобы у тощих каладрийцев были выше шансы удр… выжить в случае проблем.
Чтобы его нудным бубнежом заманить монстров в ловушку.
Как известно, эти хищницы наиболее краси… То есть уязвимы к мужским чарам во время приёма пищи. А ещё глаз радуют и щупать их приятно! Но настоящий каладриец такой ереси вслух никогда не скажет.
В общем, даже неодарённые жители Каладриса являлись невероятно сильными бойцами. Если бы СкайБит создал армию чудовищ-терминаторов, каладрийцы в разобранном состоянии сдали бы их на металлолом. Причём по цене букетиков цветов! Их общество жило племенами в диких землях и своих денег не имело.
Если кракен-гигант нападёт на город, каладрийцы скажут:
Они оказались настолько круты, что в Унии о каладрийцах узнали слишком быстро. Сразу после переноса материков их быстро пленили и превратили с боевых рабов на аренах Колизеев… Ибо Колизей — это самая крупная фракция работорговцев, орудующая в мирах Пограничья. Её главный товар и статья доходов — рабы на любой вкус.
В день, когда каладрийцы лишились своего мира… В одном из загонов для рабов родился мальчик. Светловолосый, голубоглазый — красавчик, одним словом. Ему дали «временное» имя Каладрис — в честь мира, где он был зачат.
Своё личное Имя этому мальчику предстояло ещё заслужить.
…
Когда Каладрису исполнилось шесть лет, он уже владел восемью языками… А от численности его расы осталось меньше двадцати процентов. Колизей превратил каладрийцев в эдакий эксклюзив, раз за разом выставляя их против чемпионов других рас. Парные бои, имитация исторических сражений, сюжетные битвы и, само собой, чудовища. Каладрис сквозь прутья клетки видел, как храбро бьются его сородичи, выходящие на арену… И как их число становится меньше день ото дня.
В десять лет Каладрис овладел копьём. В двенадцать — щитом и мечом. В четырнадцать стал «мастером меча»… И впервые вышел на арену Колизея.
…
В шестнадцать лет, лёжа в тёмной сырой камере подземелья для рабов, Каладрис пробудился, став одарённым. Стихия Пустоты, входящая в Унии в десяток самых редких, сожрала соломенную подстилку, сгнивший деревянный столик и ту убогость, что заменяла Каладрису тарелку с ложкой.
Сама эта обстановка, как и стихия, отражала одну вселенскую несправедливость. К четырнадцати годам у парня ещё не было своего имени.
По традициям каладрийцев, мужчины получали его в день своего восемнадцатилетия или за особый подвиг. До этого времени парней звали как угодно. Чви-нгачкук «Великий Змей», Мелкий, Храпун, «Эй ты!» — взрослые мужики как только своих отпрысков не называли. Имя — это гордость! Его надо заслужить.
