Одним лишь Древним известно, каких трудов Каладрису стоило скрыть факт своего пробуждения. Пришлось доставать из заначки дубликат ключа от клетки и тащить со склада дрыхнущего интенданта вещи, уничтоженные Пустотой. А потом, беря пробудившуюся стихию под свой контроль, медитировать, медитировать и снова медитировать.
Следующие два года жизни Каладрис через охранников и восхищённых зрителей… Преимущественно дам… Узнавал о мире за пределами стен Колизея.
Так выяснилось, что есть охранный контур и Отряд Ловчих, выискивающий беглых рабов. Есть городские стражники, летающие войска и целые машины — все они будут искать Каладриса, если тот попытается сбежать и преодолеет первые рубежи охраны.
Два года…
Двадцать семь месяцев и четыре дня на Каладрисе натаскивали воинов из других рас. Рабы-зверолюды, наги, эльфы, гномы… Шестнадцатилетнего парня превратили в грушу для битья, показывая, как ловко и выносливо может быть человеческое тело. Численность прославленной расы каладрийцев сократилась до сотых долей одного процента. Сейчас не всякий посетитель Колизея о них вообще вспомнит.
Тренировки в роли груши для битья естественным путём развили тело юного Каладриса до второго уровня физической трансформы… И первого уровня Закалки!
С каждым днём парню приходилось всё сложнее скрывать свою силу. Большинство своих противников по арене он мог за секунду порвать голыми руками. Даже монстров.
Слава Древним! Хозяин Колизея был жутко жаден и нанимал целителя только при крайне серьёзных травмах. Во всех прочих случаях дело обходилось лечением с помощью артефактов. Потому Каладрису ещё удалось скрывать всё это время свою одарённость и самостоятельно освоенный ранг ветерана [2].
В семнадцать лет всё изменилось… Каладрису на арене попался проигравшийся в карты эльф, являющийся мастером боевых искусств. Спустя пару секунд сражения длинноухий остановился и уверенно произнёс.
— Ты одарённый!
Мгновение спустя рапира Каладриса с треском разрубила меч противника и остановилась в миллиметре от его шеи. Из-за стресса парень мгновенно перешёл на «Ускорение» и едва не убил длинноухого.
— Сдаюсь! — эльф столько же быстро бросил оружие на песок и чуть тише произнёс одними губами. — Парень, я слышал разговор распорядителя боёв. Тебя в чём-то там подозревают. Потому меня и выставили против тебя. Уходи с арены, как обычный победитель, но в свою камеру не иди. Там тебя ждёт Отряд Ловчих.
Взгляд Охотника мгновенно стал серьёзным. Отточенный в тысячах боях разум сам активировал «Фокус».
— Каладрийцы не бегут, — тихо произнёс Каладрис. — Жизнь за жизнь, ушастый. Сочтёмся, если оба переживём сегодняшний день.
Под овации зрителей Каладрис прошёл через всю арену и как ни в чём не бывало вошёл в отведённый ему проход под трибунами. Едва решётка за ним начала закрываться, как рапира Каладриса снова пришла в движение.
Три стражника, забирающих оружие у гладиаторов, в одно мгновение лишились своих голов. Двигающаяся под «Усилением» и «Ускорением» рука и недавно взятый ранг учителя [3] не оставляли противнику ни единого шанса на победу.
Сразу за коридором находилась общая комната для гладиаторов. Сейчас в ней собрался десяток рядовых бойцов из Отряда Ловчих.
Экономя силы, Каладрис убивал их за одно действие, применяя «Шаги Призрака» — особую технику передвижения, доступную лишь каладрийцам, имеющим экстремально сильные физические тела.
Вместо того чтобы направиться в свою камеру, Каладрис кровавым смерчем пронёсся по крылу управляющих. Первыми под удар попали комнаты телохранителей главы Колизея и он сам. Добравшись до склада, Охотник забрал оттуда экипировку для гладиаторов-адептов и уже во всеоружии направился в крыло, где находилась его собственная камера.
В этот день Колизей лишился как своего филиала, так и трёх главных бойцов-магистров [4] из Отряда Ловчих. Газетчики прозвали беглого раба так же, как его знала вся арена… Каладрис.
…
Добравшись до земель соседней фракции, беглый гладиатор сразу же вступил в ряды Ассоциации Охотников. Она даровала защиту своим членам от посягательств других фракций, если правда была на стороне вступившего в их ряды Охотника. В случае Каладриса дела обстояли именно так. Никто ведь в здравом уме не выберет участь быть рабом.
Инцидент с Колизеем быстро замяли, а начинающий Охотник с головой ушёл в работу. То есть стал охотиться на монстров и продолжать тренироваться.
В двадцать лет он стал «Мастером Лука». В двадцать два — чемпионом боёв без правил. В двадцать четыре получил признание в кругах Бога Боевых Искусств, став одним из «мастеров» в этом направлении.
Казалось бы, Каладрис сильно распыляет свои силы, хватаясь то за одно, то за другое. Меч, лук, щит и кулаки. Мало кто знает, что Охотник ещё и мастер хлыста, копья и булавы. Все эти направления закрывали недостатки стихии Пустоты — практически полное отсутствие дистанционных техник.
