— Учитель [3], — сипло произнёс он. — Я теперь учитель… Великий старейшина Школы Серых Скал.
— Проспитесь для начала, уважаемый пациент, — зевая, помогаю старику лечь на кровать. — Завтра приведёте ко мне тех, кому из старейшин готовы доверить НАШИ тайны.
…
Когда я проснулся, в доме уже пахло свежей выпечкой. Из кухни доносился шум. Служанки Кхисата готовили завтрак… На троих. За столом сидел незнакомый мне горбатый мужик с весёлым взглядом. При моём появлении он резко подскочил со стула.
— П-приветствую великого мастера Довлатова! Меня зовут Корж.
Попугай на моём плече встрепенулся при виде горбуна.
— Кро-с-а-а-а-вчег!
Снимаю птицу с плеча и шутливо грожу пальцем.
— Но-но-но… Не вздумай к нему приставать.
Тут с кухни прибежали две миловидные девчушки и стали расставлять тарелки. Попугай тут же же прикипел к ним взглядом.
— К-кавай! П-прелестницы, куда же вы?
Взмахнув крыльями, пернатый полетел на кухню вслед за служанками.
— Падла, — я лишь покачал головой. — Ничему его жизнь не учит. Как бы нам вечером не подали жаркое с птицей.
Не смотря на меня, Кхисат робко улыбнулся, пребывая в каких-то своих думах. А вот старейшина Корж продолжил стоять на месте, ожидая хоть какой-то реакции на свой счёт.
— Спонтанная мутация, — перейдя на зрение одарённых, я просканировал пациента. — Вылечить легко. Судя по эфирным загрязнениям в духовном теле, вы тоже любитель пожевать плоть одарённых монстров. Без очистки эфир из их тел вам больше вредит, чем помогает.
Чуток подумав, я махнул рукой.
— Ладно! С вами сразу разберёмся. А то кусок в горло не лезет, когда вижу такие болячки.
Смахнув скупую мужскую слезу, Корж направился в процедурный кабинет. Кхисат тоже поднялся из-за стола.
— Предупрежу служанок, — старейшина с доброй улыбкой кивнул мне. — Попрошу попугая покормить… Ну и язык за зубами держать заодно.
…
Как вскоре выяснилось, «эфирное загрязнение» — это проблема абсолютного большинства местных одарённых. Такие пациенты, сами того не подозревая, стали донорами эфира для моего собственного развития. То, что не мог усвоить их организм, дар рода Лей переваривал за милую душу.
На лечение Коржа ушло каких-то два часа… Нет больше старейшины-горбуна в Школе Серых Скал! Вызвавшую этот недуг мутацию я тоже убрал. А заодно пинком от Источника закинул Коржа на ранг учителя [3].
Вчера Кхисат после лечения попытался отдать мне полсотни своих Осколков. Я взял только десять, объяснив, что это справедливая цена за лечение. Брать больше мне не позволяет Кодекс. Вот и сейчас Корж на радостях и со слезами на глазах пытался всучить мне все свои сокровища.
— Великий мастер Довлатов, — старик тряс мне руку уже добрую минуту, не переставая улыбаться. — Вы не представляете, сколько я с этим горбом мучался. Кровать нужна особая, дамы стороной обходят. Ученики за глаза только Горбуном и называют. Я себя сейчас чувствую так, будто помолодел на сотню лет.
— Ну-ну. Какая ещё сотня лет? Вы лучше за питанием следите, — произнёс я серьёзно, подкрепляя слова Властью. — У вас есть потенциал для становления магистром [4]. Слышите, магистром! Советую тратить накопления на более качественный эфир.
Взяв со старика оплату в десяток Осколков, я стал ждать следующих пациентов. С Кхисатом мы договорились, что сначала он приведёт ко мне тех, в ком сам уверен. Знакомство со мной — это ЕГО рычаг влияния внутри Школы. Отвечая за очередь на лечение, старик повышает свой вес в иерархии Серых Скал.
…
Из двадцати шести младших старейшин [2] Школы за первый день я вылечил семнадцать. Из них аж двенадцать оказались пригодны к пинку на ранг учителя [3]. А я что? За добрым делом в карман не лезу. К тому же почти двести Осколков на дороге не валяются. Итого с моим появлением Школа Серых Скал получила аж четырнадцать новых учителей [3]. Ну или великих старейшин [3], как их тут называют.
Будучи забитым халявным эфиром, я под вечер уже начал светиться. Избыток надо было куда-то девать.
— Эй, Падла! — я поманил пальцем попугая. — Хочешь стать Великим Падлой? Или даже Гранд-Падлой? Могу тебе бесплатную телесную трансформу организовать.
— Ко-о-о! — попугай нахохлился. В глазах пернатого читалась работа весьма серьезного интеллекта. — Ко-конечно! Крылья, мышцы и б-бицуха, когти побольше… Кавай любит сильных самцов.
Вот ведь… попугай-извращенец! Я только днём понял, что вкусы Падлы весьма специфичны. Чем миниатюрней девушки, тем больше Падла на них западает. Причём на других птиц он вообще не смотрит. Только на человеческих девиц.
Извращуга!
…
На следующий день с недовольными рожами пришли те, кого Кхисат не хотел приглашать вчера. На правах хозяина дома он ведь и отказать мог… Но нет! Душу из этих гадов вытряс, в глаза пристально смотрел секунд по десять, но всё же пропустил ко мне.
Из этой девятки только трое смогли прорваться в учителя [3]. Остальные давно забили на своё развитие.
После обеда и приёма последнего пациента Кхисат снова наведался ко мне.
