Подойдя к ловушке, охотник увидел, что добыча исчезла и веревки порваны. Он стал оглядываться, но не увидел никого, кроме уползающей изо всех сил черепахи. Он схватил ее, закутал в обрывки сетей и отправился восвояси. А ворон, газель и крыса, оправившись от испуга, вскоре собрались неподалеку от того места и видели, как охотник унес черепаху. Они заплакали, полные горя, и крыса сказала: «Не успели мы спасти одного друга, как потеряли другого. Долго наслаждались мы безопасностью и привольной жизнью, а теперь к нам чередой приходят несчастья. Правы были древние мудрецы, когда говорили: «Успех сопутствует тебе до тех пор, пока ты не оступился, а потом пойдешь спотыкаться и на ровном месте». О горе! Злой судьбе мало было лишить меня родины и богатства, она хочет отнять у меня мою подругу! О, как жаль мне черепаху, чья дружба верна, крепка и бескорыстна! На подобную дружбу способен лишь достойный и благородный, ибо она крепче уз, что связывают отца с сыном, и разорвать их может лишь смерть. О, горе этому бренному телу, подверженному гибели и тлению, бедам, превратностям и несчастьям, чье бытие недолго и скоротечно! Но что сетовать на переменчивость судьбы, если постоянства не знают и небесные светила: восходящие звезды скоро заходят, а заходящие стремятся к восходу, так что трудно различить, какая из них клонится к закату, а какая — накануне восхода. Утрата подруги бередит едва зажившие раны моей души, и они кровоточат, вновь открываясь».
Тут газель и ворон сказали крысе: «Наше горе велико, но словами не поможешь черепахе. Недаром говорится: «Трудное положение — лучшее испытание. Честность должника узнаешь, когда придет время отдавать долг, храбрость воина — во время битвы, любовь детей и домочадцев испытаешь в болезни, а верность друзей — в беде и несчастье». Поразмыслив, крыса промолвила: «Я нашла средство освободить нашу подругу. Пусть газель ляжет, чтобы ее заметил охотник, сделав вид, что ранена и не может подняться, ворон должен сесть на нее и сделать вид, что терзает ее своим клювом, а я побегу поближе и стану наблюдать за охотником: может быть, он положит тяжелые сети, в которые закутана черепаха, и побежит за газелью в надежде получить богатую добычу. Когда он приблизится к газели, пусть она поднимется и побежит, но не очень быстро, чтобы он не переставал надеяться, что ему удастся догнать ее. Пусть ему кажется, что он вот-вот поймает газель, но каждый раз она будет ускользать от него. Когда он отойдет от черепахи на достаточное расстояние, газель убежит от охотника, а я надеюсь, что за это время смогу перегрызть сети, которыми он опутал мою подругу, и мы обе успеем унести ноги».
Ворон и газель сделали так, как им велела крыса, и обманутый охотник последовал за ними, бросив черепаху. Газель заманила охотника, и когда он удалился на большое расстояние, подбежала крыса и стала грызть сети. Освободив черепаху, она повела ее в заросли кустарника, и обе они скрылись. А тем временем вернулся охотник, которому не удалось поймать газель, усталый и запыхавшийся, но увидел, что сети порваны и пленница его скрылась. Вспомнив, что вытворяла газель и как она притворялась раненой, охотник подумал, что помешался. Потом он вдобавок припомнил, что на газели сидел ворон и делал вид, что терзает ее клювом. Глядя на испорченные сети, он сказал себе: «Надо бежать отсюда прочь, не иначе, как в месте этом живут джинны или волшебники». Оставив мысли об охоте, он поспешил домой не оглядываясь.
А ворон, газель, крыса и черепаха снова собрались в своем шалаше, радуясь избавлению от беды и наслаждаясь покоем и безопасностью».
«Я рассказал тебе, о царь, притчу о верных друзьях, выручающих друг друга, — завершил свой рассказ мудрый Байдаба. — И если эти малые и слабые твари смогли вырваться из когтей гибели, подстерегавшей их на каждом шагу, соблюдая обеты дружбы и верности, встречая удары рока с твердым сердцем и непоколебимой решимостью, то человек, одаренный разумом и пониманием различия между добром и злом, умудренный воспитанием и наукой, тем более должен быть верен дружбе и помогать ближним».
Царь Дабшалим сказал Байдабе-философу: «Ты поведал мне притчу о верных друзьях, выручающих друг друга, а теперь я хочу услышать о том, как следует остерегаться коварного и льстивого врага, надевшего личину друга». Философ ответил: «С тем, кто не остерегается врага, лелеющего в сердце вечную и непримиримую вражду, случится то же, что с совами, не остерегшимися воронов». — «А как это было и что это за притча?» — спросил царь Дабшалим, и Байдаба начал:
