Ветерок давал о себе знать, и Кузьма Бенедиктович решил, что будет дождь. Он помечтал о дождике, подумал, что Ксения ждет его завтра к семи, и в его сердце расцвел замечательный куст сирени. "Неужели нам удалось прожить всю жизнь? - обрадованный, остановился он. - Господи, сколько счастья одному человеку! Черт побери, даже стыдно".
Он решил, что и Раджику не мешало бы познать счастье, действительное счастье жизни. Что из того, что он не желанный сын? Когда ты всесилен, ты можешь позволить себе одарить смыслом хотя бы своего блудного сына. А Кузьма Бенедиктович всесилен, и он стал таким, потому что никогда не соглашался с мнением о существовании непознаваемых вещей. Он осуществился, и ему осталось всего лишь бросить курить трубку.
Старые калужские дворы освещались огнями ламп и полной луной, прыгающей по горбам туч.
Бенедиктыч посмотрел на противоположную сторону улицы и увидел человеческую фигуру, суетящуюся у бетонного столба. Похоже, это была женщина. По доброй традиции Кузьма Бенедиктович хотел было подойти и поговорить о чем-нибудь с братом или сестрой по разуму, и уже сделал несколько шагов вперед, когда человек, явно не желая встречи, торопливо исчез в ближайшем переулке. Это было бегство. Кузьма Бенедиктович недоумевал: калужане общительный и дружелюбный народ, а тут, видимо, случилось что-то чрезвычайное, раз такое нежелание поболтать под луной с прохожим.
Кузьма Бенедиктович дошел до столба и пожал плечами, все ещё сожалея об упущенной возможности помочь человеку.
Где-то вдали громыхнуло. Да, будет дождь. Кузьма Бенедиктович обрадовано задрал голову к небу, потом случайно взглянул на столб. Вот оно что! - на столбе белел лист, и Кузьма Бенедиктович, закурив трубку, сумел прочесть следующее:
"Слушайте пение жаб!
Кто не видел больших жаб, которые умеют читать, писать и даже сочинять стихи? Их действительно бывает трудно отличить от настоящих или хотя бы неплохих стихотворцев. Порою и сверхмудрое тестирование бессильно определить, кто есть кто. И вот уже эти образованные жабы множатся, и от их умелого кваканья действительные ценности смешались с ложными, и люди целыми толпами заходят в жуткие тупики. Жабам нужно выживать, и потому они всегда первыми улавливают, куда дует культурный или научный ветер.
О, это удивительные существа! Они играют в ансамблях, красят полотна, пишут статьи, и умеют быть совсем не зелеными. Вы и ядовитых пупырышек у них не заметите. Это не подражатели, конъюнктурщики, карьеристы или имитаторы. Жаба - гораздо более сложное явление. Порой она сама не знает, что она жаба, тем более что сотни и даже тысячи вокруг могут назвать её новым талантом. И жаба мучается, когда сочиняет, она может быть полна участия к чужим страданиям и механизмы творчества у неё почти те же, что и у первооткрывателя.
Но в том и дело, что она никогда не первая. Она, как эхолот, уловит здесь или там выстраданные итоги духовного, мученические результаты мысли и опыта, только-только намечающиеся открытия и обобщения, и тогда мигом разовьет, углубит, подхватит, преподнесет и это тогда (ко всей прочей природе жаб), когда истинные специалисты и одержимцы ещё и не думают о публикациях и заявлениях, когда страдают от отрицания и гонений, от житейских неурядиц и закономерных сомнений. А жаба тут как тут, она и сама готова быть гонимой, она согласна и на посмертную известность, так как ей приятно войти в историю, и потому она ставит себе задачу: наквакать как можно больше умного, всеобъемлющего и передового. Она чует, что за это воздастся, она надеется на невероятное в грядущем. И потому она любит давать новую веру, отчего в последнее время её стало проще увидеть. Действительно передовое и настоящее - это всегда простое и даже в чем-то грубое, как например: "Звезда с звездою говорит" или "Друг мой, друг мой, я очень и очень болен". А у жабы все сложно и изящно, и заумно. И вроде о том же, но с чувственными выкрутасами, и если даже полнее, чем у настоящих, то или наукообразно дотошно или исчерпывающе пусто, или поэтически сладостно. И человеку нечего взять - познакомился и не полетел. То есть всегда можно сказать, что жаба - это сноб. Но сноб без белой шляпки и фрака. А сноб, знающий о снобизме и порицающий его.
Так каков же современный мир! Чтобы объяснить такое простейшее явление как жаба, необходимо залазить в дебри терминологии, марать столько бумаги. До чего мы дожили!
Граждане Калуги и всего мира! Берегите жаб! Их ни в коем случае нельзя истреблять. Никто не может знать, какая от них польза, а она есть - это бесспорно. Нужно только иметь их в виду и уметь слышать, как они квакают, не поддаваясь гипнозу их пения. Охраняйте жаб, ведь и в их болотном звучании есть какой-то неповторимый поучительный смысл. Разве они виноваты, что родились жабами?"
"Действительно, подумал Бенедиктыч, - они не виноваты, но кто же это прилепил? Брожение какое-то, прокламации. А что бы не выступить открыто, не заявить по телевидению? Такой тайный выпад в свободные времена может породить отрицательную реакцию."
