— Свой повод для беспокойства находят и сторонники. Вот, например, — и выкладываю вопрос Солипатрова: — «Если прокатят, то для хорошего человека это слишком болезненный удар. Опасность нанести травму несколько смущает, хотя во всем остальном преимущества выборности для меня очевидны».
— Товарищ не без основания опасается. Поначалу мы выдвигали и двух, и трех кандидатов. Но потом поняли, что не стоит сталкивать лбами хороших людей. Да, хороших, ибо общественный отдел кадров все-таки готовит лучших для выборов. Двух мастеров на один участок не поставишь. Повторяю: не без основания беспокоится.
«Где-то отобрали, представили, проголосовали. Не отдает ли все это формализмом? Человека надо годами узнавать, чтобы выразить ему искреннее доверие или недоверие».
— Что значит, где-то отобрали? Где же именно? Наши выборщики, как правило, хорошо знают того, кого они выбирают. Они с ним уже не один пуд соли съели... Вообще, знаете ли, со стороны рассуждать легко. А пусть попробуют...
Почти по Маяковскому: «...вот вам, товарищи, мое стил
— С выборами мастера? Нет, не сталкивался. Но зато я с разными мастерами сталкивался, — говорит Борис Федорович Данилов, — публику эту знаю хорошо. А чтобы выбирали — такого никогда не видел. Считается — это не дело рабочего. Рижане, выходит, могут и оценить, и мнение в открытую высказать. И прокатить при случае, если вслух боишься сказать, что думаешь. Тайное голосование. Понимаете? Мне нравится.
Достал и протянул мне старую газету, одна из публикаций была в нескольких местах отчеркнута карандашом. Называлась она «Инструмент для новаторства» — ну ясно же, о чем еще мог писать изобретатель! Однако как это связано с темой нашего разговора?..
— Вот тут я пишу именно про мастеров, в этом кусочке... Дайте-ка... ага! «Мастер Б.»... Из-за него я вынужден был уйти с завода «Знамя труда». Видите, как ваш брат журналист деликатен: хороших мастеров у меня в статье всех по именам оставили, а этого — одной буковкой помянули. Я, конечно, называл его, но в редакции поосторожничали, говорят, тогда перепроверять надо, а так-де надежнее. Но на заводе все его узнали, этого «товарища Б.». Знаний маловато, к людям относится плохо, но где-то есть у него «шальная рука», поставил его кто-то и поддерживает. У нас там была группа опытных рабочих, и вслед за мной половина ушла. Из-за него! А мастер держится до сих пор. Вот где выборы нужны.
— Его бы не избрали?
— Ни боже мой! Я и других таких знавал мастеров, которых, уверенно говорю, не избрали бы. Тайное голосование — и все, вопрос бы решился в два счета.
Несколько горячих писем по поводу выборности, одно другому вдогонку, я получил и от Солипатрова из Ленинграда. Его тревожит, что неизбранному кандидату будет нанесена душевная травма. В Риге пошли, полагает он, по пути наименьшего сопротивления. Не желая «сталкивать хороших людей лбами», вообще отказались от нескольких кандидатов. А разве нет иного выхода?
