– Ты хочешь сказать, Льюис, что вечной скачки в толпе призраков по междумирью, умирая от холода, жажды и всего прочего, тебе не достаточно? Ты никогда не сможешь умереть, но вечно будешь находиться в одном шаге от смерти. До конца времён. – Проговорил Павший, чуть вскинув брови, но прижимая меня к себе достаточно крепко, чтобы показать, что такой судьбы для нас обоих он не допустит. А между тем нам необходимо было продолжать путь – мы и без того слишком сильно задержались, пока волочились, едва переставляя ноги, умирая от усталости и холода. – Всё, хватит, Льюис. Улыбнётся тебе удача – ещё поглядишь на это. Издалека. А теперь идём.
Что мне ещё оставалось делать? Я поплёлся за ним, едва волоча гудящие и замёрзшие, мокрые ноги по снегу, стараясь не потерять из вида крылья своего проводника и хранителя, хотя сил было чертовски мало. А вот моему спутнику явно становилось всё лучше и лучше. По крайней мере его внешний вид так и говорил об этом. Но мужчина не торопил меня, дожидался, если я вдруг по пояс проваливался в снег, помогал выбираться. А ещё – хмурился. Впрочем, очень скоро мы с ним вышли на дорогу. Это было опасно, но и он, и я прекрасно понимали, что так будет куда как быстрее, чем по лесу. Мы плелись, наверное, целую вечность, а пейзаж вокруг всё не менялся и не менялся, ни одной машины, которая могла бы подбросить нас, не было. Мне хотелось есть, но есть было нечего, зато вот снега – хоть отбавляй. И я едва сдерживался от того, чтобы начать его запихивать в себя, чтобы хоть как-то утолить боль в желудке. Побег от Джинджера и ликантропов, тот бесконечный забег по столь же бесконечному лесу, научил меня терпеть боль, терпеть холод и голод, а потому я стиснул зубы и даже закрыл глаза, продолжая с упрямством осла топать по шоссе, хоть я и чувствовал, как постепенно начинают неметь от слабости конечности. В какой-то момент моей руки коснулись чуть тёплые пальцы Павшего, и я всё же приоткрыл глаза, поднял взгляд на своего хранителя. Тот будто бы беспечно улыбался, не глядел на меня. Подбородок его был слегка приподнят, горделиво и самодовольно, но я видел едва заметную морщинку, что пересекла его высокий, красивый лоб.
– Как тебя изгнали? – не удержал свой язык я и лишь сильнее вцепился в пальцы Аэлирна, не давая ему вырваться и укрыться в своём коконе. Теперь я хотел о нём знать всё. Все малейшие подробности. Ведь он и так обо мне знает мельчайшие детали, и это совершенно нечестно. По крайней мере, мне казалось, что это именно так. А ведь знания – сила. И я мог бы ими воспользоваться, добравшись до Совета и внушив им, что мой спутник вовсе не такой уж и плохой. Но теперь не был уверен на все сто, хочу ли отправляться к Светлым. С одной стороны это мой долг, а с другой – я им ничего не должен.
– Подумай, зачем тебе это? Я и так тебе рассказывал – проводил опыты, убивал во множестве и так далее, – пробурчал мужчина, явно пытаясь увильнуть от ответа, но я лишь крепче сжал его ладонь.
– Так не годится. Ты говорил, что твоим возлюбленным был некий эльф Дерек, но мне кажется, что ты что-то не договариваешь, потому что в мыслях Виктора было нечто другое, – пришлось говорить фактически в приказном тоне. Иначе бы этот упрямец никогда не рассказал мне истинную историю.
