Эльф медленно повернулся к трону, тихо поднялся по ступеням и опустился на колени перед королевским постаментом. Возложив на него скрещенные руки, мужчина уронил на них голову и тихо, надрывно зарыдал, мелко дрожа и проклиная Тёмных всеми известными ему страшными словами, вкладывая в них все свои силы, надеясь, что это скажется на их гнусных жизнях. Венец Эмиэра всё ещё хранил на себе следы его ауры, хранил его тепло и бесконечную доброту, какой Валенсио не видел много, много лет. И оттого боль в груди становилась всё сильнее, а слёзы — всё горше и горше. Одна за другой мимо него проносились тени погибших правителей: восемь за его далеко не короткую жизнь он короновал, столько же раз очищал венец и вступал в роль регента, три раза растил младенцев до нужного возраста, следил за обучением и каждый раз проводил церемонию очищения и погребения. Провожал оборотней и эльфов в сырую землю, целуя холодные лбы, а теперь девятый. Девятый король, столь нежно полюбившийся ему, должен был лечь в гроб и выслушать горестные рыдания и прощальную песнь Светлых.
- Он погиб как истинный Король и защитник, - неожиданно раздался голос рядом с ним, эльф вскинулся, стремительно вытер слёзы и уставился на неясный силуэт рядом с собой. Почти прозрачный, дрожащий, подобно снежинкам на лёгком ветру, готовый вот-вот исчезнуть. Но то не могло обмануть старого Советника, он чувствовал силу, исходящую от этой сущности и окутывающую его со всех сторон теплом и спокойствием. - Это не останется без внимания. Запомни мои слова, Валенсио Завиль дель Амал, сохрани в своём сердце, но не передавай, ни одному. Никому. Никогда. Покуда не сбудется сказанное. Девяносто одна луна сменится над этим миром, отмеряя долгие, мрачные ночи, наполненные Тьмой, потерями и поражениями, ты будешь подвергаться испытаниям, они будут настигать тебя в моменты слабостей, и не раз ты будешь думать о Долине Вечной Тени, но крепись и держись. С приходом девяносто второй луны явятся в мир два Короля, связанных крепкими нитями Судьбы. Они пройдутся белым огнём по землям, не выходя из теней, и явятся к вам в момент крайней нужды, когда надежды уже не будет. Из пепла вырастут хрустальные цветы, но не узнать вам будет Королей, ибо пожертвуют они своим Светом, дабы разить Тьму в самое сердце. Наблюдай за звёздами и луной, Эльф, и награда будет ждать тебя.
Морок развеялся, но слова его ещё дрожали в воздухе, наполняя тронный зал своим сладким, страшным звучанием. Перед глазами Валенсио плясали тени и огни, голова кружилась, а в груди словно застрял обломок ледяного клинка, неподвижный, но смертоносный. Ему было известно о духах, которые путешествуют по мирам, по временам, наблюдая за происходящим и по большей части не вмешиваясь. Но иногда они являлись к живым и вкладывали в их сознание свет надежды, ответы на вопросы и подсказки, вроде этого странного предсказания. Оно было кристально-ясным, но кое-что понять Валенсио было не дано в эти мгновения. Он лишь глядел на то место, где только что покачивался дух, вещая о странных, хоть и спасительных вещах. Словно во сне Советник поднялся с места, огладил кончиками пальцев холодный венец и тихо покинул Зал Совета.
В полдень дверь Тронного зала открылась в первый раз, и зашёл Майлур. Оборотень выглядел настроенным серьёзно и решительно, и это вселяло надежду в Валенсио. Эльф уже расположился за столом Совета, перед ним были разложены свитки в большим количестве. Некоторые уже были исписаны, прочие были девственно чисты, остальные оставались свёрнутыми. Ничего из того, о чём сам Валенсио не подумал, он не услышал, но записал слова главнокомандующего, затем вежливо кивнул и указал на дверь. Потекла череда Советников, которые выглядели уже не такими пришибленными, но всё же свежих идей было немного, некоторые вовсе казались Валенсио безумием: те, с кем он поддерживал Светлых уже не первый десяток и даже не сотню лет, предлагали сдаться без боя и уступить Тёмным эту эпоху, ведь король погиб, а замена ему ещё не подросла. Стоило услышать об этом от мастера искусств, как Валенсио почувствовал себя так, словно бы ему по голове ударили чем-то тяжёлым, он таращился на светловолосого эльфа, как на сумасшедшего и пытался подобрать слова. Но всё, на что оказался способен Главный Советник — указать бледной рукой на дверь и отрицательно покачать головой. Впрочем, когда уже пятый Светлый выдвинул подобное предложение, мужчина сорвался и принялся орать так, что колонны, поддерживающие свод потолка в тронном зале, начали содрогаться, и некоторые слуги, что были поблизости, жмурились и прикрывали уши руками, с опаской смотрели наверх, боясь, что замок не выдержит подобное и всё-таки обрушится им на головы.
