Юноша несколько мгновений сомневался, а затем тихо заговорил, стараясь сделать так, чтобы их не услышали другие, но достаточно громко для того, чтобы его робкий голос не перекрывали крики:
- Господин Морнемир блокирует тьму в нём и частично изгоняет её. Но делать он может это только тогда, когда на теле имеются открытые раны. К несчастью мы имеем дело не с простым проклятием и не простым изгнанием тьмы, поэтому нужны не просто раны, хранящие в себе магию. Нужна телесная близость, которая позволяет быть ближе к источнику тьмы. В зависимости от того, насколько сильна тьма в господине Льюисе, длина ритуала будет варьироваться - от нескольких часов до нескольких суток. Скорее всего, им придётся быть там сутки, а может и больше. Но я очень надеюсь,что они закончат как можно скорее. Ко всему прочему господин Морнемир должен пробить брешь в душе господина Льюиса, чтобы вытянуть оттуда тьму, а это намного сложнее тьмы в теле и сердце. Он должен знать слабости своего подопечного, страхи и желания. Но мне почему-то кажется, что с этим он уже справился.
Виктор передёрнул плечами и раскурил сигарету, стараясь успокоиться. О да, Морнемир умел пробивать бреши в душе лучше прочих. Пожалуй, это самое лучшее, что он может делать. В то время, когда Габриэль ещё был жив, когда ещё была жива королева, Морнемир узнавал у тёмных их планы. Можно сказать, что он был мобильной камерой дознаний. Он редко начинал наносить физические увечия, а чаще действовал более жестоко. Бывало, что тёмных уносили от него лишёнными разума. Виктор сам однажды сел за стол дознаний, но лишь потому, что оказался в ненужном месте в ненужное время и стал одним из подозреваемых. Морнемир исколесил, пожалуй, всю его душу, изломал изнутри и едва не довёл крепкого мужчину до истерики и нервного срыва, но избавил вампира от вины. Морнемир был полезным союзником, но ужасным врагом. Жестокости ему было не занимать, но, к огромному сожалению, союзников у него почти и не было. Пожалуй, даже мудрый Совет не мог чувствовать себя в безопасности рядом с ним.
Виктор мог понять его ожесточённость, но не поддерживал её. Его мать была чистокровной, высокородной эльфийкой, но не принимала во внимание желание рода выйти замуж именно за эльфа. И вышла замуж за человека - богатого аристократа века этак девятнадцатого. Он перебрался в это грубо говоря захолустье из Англии, а затем отстроил прекрасный особняк. Мальчик рос прекрасным, красивым юношей, но отца семейства вечно беспокоила форма ушей жены и сына - заострённые, нечеловеческие, они его пугали. А потому, уже будучи в возрасте лет пятидесяти, он начал допрашивать жену, которая всё ещё была прекрасной и роковой женщиной. Узнав её секреты, он взбесился и словно бы сошёл с ума, схватился за рапиру и зарубил эльфийку и двухлетнюю дочку. Морнемир же, едва не ставший жертвой отца, когда ему самому уже было около девятнадцати лет, убил отца. А затем начал строить тоннели, что теперь проходили под особняком и вели в разные стороны, чтобы можно было скрыться при нападении или в случае пожара. Впрочем, каменное здание вряд ли могло бы как следует прогореть.
Лишённый семьи дважды, не доверяющий никому из людей и редко доверяющий другим существам, он стал много времени уделять поимке тёмных и их императора. Но что самое ужасное, никто из тёмных даже не знал, каков он, их правитель, и как выглядит, потому как он всегда сидел в замке и в свои покои почти никого и не пускал. Если бы он мог найти того, кто знал хоть что-то, они бы сделали большой прорыв и, возможно, положили бы конец вечной кровопролитной войне, хотя все прекрасно знали про баланс сил и остальную ересь. Морнемир желал смерти каждому из тёмных, а потому и Виктора он не очень любил. Наверное, именно поэтому он так отнёсся к метке на спине Льюиса. “Льюис, - имя обожгло сознание мужчины, и он виновато опустил голову”. Юноша влёк его, он хотел и желал его больше, чем кого бы то ни было, но он боялся этого влечения. Боялся связать и себя, и его.
Очередной вопль едва не оглушил вампира, и он прикрыл глаза, делая глубокую затяжку и стряхивая пепел в пепельницу в виде черепа. Если вся эта ерунда про Павшего эльфа правда, то как же он сможет привести такого к трону? Наверняка Совет знает про Павшего, и уж отмеченного им наверняка признает и не пустит к себе ни под каким предлогом. Вампир сделал очередную затяжку, впуская горький, тяжёлый дым в рот и вдыхая его в лёгкие, затем выдыхая ядовитым облаком. Он обязан это сделать во что бы то ни стало. Спасти брата от Джинджера и привести его к Совету, а если понадобится - то пробить дорогу, раздвинуть перед Льюисом тела мёртвых, исправить его и помочь удержаться. Но для этого им нужна помощь Морнемира.
