– Ты чего лыбишься? – спросил Алексей. – Вспомнил что?
– Да нет, представил только, как казак отвечает на твой вопрос, нравоучительно рассказывая тебе о достоинствах своего коня. – И он тихо засмеялся.
– Да ладно тебе, – ответил Алексей, улыбаясь.
Смеркалось, вдалеке залаяли собаки, и была уже слышна людская речь и лошадиный топот по городским улицам. «Вот и город», – подумал Алексей, вглядываясь в темноту, надеясь что-либо увидеть. Тихон умело правил лошадью, объезжая канавы и бугры. Разглядеть город было невозможно, но слабый огонек в окошках домов можно было увидеть. Они ехали по темной улице, вымощенной деревянными настилами, и скрип их телеги отзывался эхом по всему городу. Завернув за угол какого-то строения, Тихон остановился.
– Все, приехали, – сказал он.
Путешественники, уставшие от дороги и дневной жары, а сейчас продрогшие от холодного вечера, нехотя слезли с телеги.
– Теперь, ребята, выслушайте меня внимательно, – сказал проводник уже строгим голосом. – Ничего не бойтесь и ведите себя непринужденно, говорите спокойно. Когда будете говорить с губернатором, сначала слушайте, потом отвечайте. И последнее: ничему не удивляйтесь, тело должно быть расслабленным. Всем понятно? – обратился он к ним.
Только после этих слов, все окончательно проснулись, сон улетучился, захотелось домой.
– Господи, Тихон, о чем ты просишь, мы ни хрена не знаем… Какая беседа с губернатором? Какое тело расслабленное, зубы так и стучат от холода, что за версту слышно, – почти шепотом нервно ответил Алексей.
– Вы так ничего не уяснили, друзья мои. Я же говорил вам, что у вас у каждого будет НП – невидимый переводчик или помощник, называйте, как хотите. Он вам поможет на первых порах адаптироваться, как я и говорил раньше, да и я рядом буду всегда. Только не вызывайте меня по пустякам, много энергии уходит, чтобы телепортироваться, поэтому просто задайте мне мысленно вопрос, и я отвечу вам. Все ясно? А теперь выпейте, это поможет привести ваш мозг в порядок.
Он вытащил откуда-то большую флягу, которую они ранее не видели. Первым, кто отпил из емкости, оказалась Светка, она, нерешительно сделав пару глотков, отпила еще, потом еще, затем передала флягу Федору и сказала:
– Спасибо, Тихон, за лимонад! – И пошла к телеге собирать вещи.
Федор пил большими глотками, как будто не мог напиться, потом похлопал по плечу Тихона:
– Спасибо, дружище, пиво просто классное, давно не пил такого, пойду помогу Свете. – И, сказав это, он скрылся в темноте.
Алексей стоял в недоумении, не понимая, что происходит с ребятами, держа в руке флягу.
– Пей, Алексей, не бойся, нам уже пора идти – сказал проводник, хитро улыбаясь.
Хотя его улыбки не было видно, но Алексей это почувствовал. Он осторожно сделал глоток, и приятный аромат чая с лимоном ударил в нос; отпив еще немного, вернул флягу Тихону. «Опять проделки проводника», – подумал он. Удивительно, но сон и усталость быстро прошли, неизвестность грядущих событий больше не пугала его, он чувствовал легкость и свободу, его тело наполнялось энергией, и каждая клетка его организма становилось сильнее.
– Что это?
– Не волнуйся, друг мой, обыкновенный чай, – ответил Тихон так же хитровато.
Алексей хотел что-то возразить, но Тхе уже не слушал его, он разговаривал с ребятами. Что еще их ждет, какие сюрпризы от Тихона, знал только он сам. Алексей подошел к ребятам, которые о чем-то спорили и обсуждали с Тихоном какую-то тему.
– Вот, все в сборе, – сказал проводник. – Можно теперь идти к губернатору. Еще раз напоминаю, во время представления вас губернатору не сопротивляйтесь помощи НП, а то вид у вас будет дурацкий, да и неудобства для вас появятся. – Сказав это, Тихон, как всегда, улыбнулся.
Ночь была чудесная, луна, как большой прожектор, светила на темном безоблачном небе в окружении мерцающих звезд и освещала улицы города, как солнце днем. Можно было видеть городские здания, дома и разные пристройки к ним. Проходя мимо, Алексей пытался разглядеть их. В воздухе пахло свежеструганным деревом, и, чем ближе подходили, тем сильнее чувствовался запах. Впереди появилось двухэтажное здание, видимо построенное недавно. У входа в резиденцию губернатора стоял человек высокого роста, в лунном свете блестел штык его ружья, который возвышался над плечом караульного. Лица караульного разглядеть не удалось, одет он был в шинель с двумя перевязями белого цвета, идущими слева направо и справа налево, только они и выделялись в темноте. У караульного слева на поясе висело холодное оружие, рукоять которого торчала из ножен; какое точно, Алексей определить не мог, то ли палаш, то ли сабля, на правой стороне крепилась сумка – видимо, для пыжей, пороха и пуль. Головной убор на караульном был высоким, на нем поблескивал золотом двуглавый орел.
Они все приближались к часовому, он окрикнул:
– Стой, кто идет?
Тихон ответил:
– Служивый, это я, Тойон.
– Проходи! – ответил караульный, продолжая неподвижно стоять у входа.
