– Скажите, что в вашем поведении сейчас напрягает больше всего? – Эльза стерла слезы с лица, и начала водить глазами по комнате, всматриваясь в различные предметы. Поиск вещей ее успокаивал в какой-то степени потому, что смотреть прямо на человека ей было неудобно.
– Я не могу разговаривать честно и открыто с людьми. Я не знаю, как снять маску сарказма, чтобы не чувствовать, будто я нахожусь под ударом, – Эльза опустила взгляд на предметы, лежащие на столе, – Из-за того, как я жила, я не могу начать жить по-другому. Не чувствовать эту постоянную тревожность и ожидать подвоха за каждым углом. Обрести веру в людей и их слова – это так сложно, но я хочу попытаться. – Майя что-то начеркала в планшете и посмотрела в глаза девушке.
– Если все будут притворяться приличными семьями, ничего приличного в семьях не останется. Только говоря о том, какие в семье были проблемы, их можно решить. НО винить жестоких родителей в том, что ты сейчас неуспешен, очень опасное дело, – она сделала паузу. Нужно заинтересовывать собеседника, иначе в разговоре не будет смысла.
– Почему? – неуверенно произнесла Эльза.
– Потому, что эта вина полностью снимает с вас ответственность за достижения в настоящем, – русоволосая смотрела на Майю и не понимала, о чем та говорит, – Очень легко стать таким же, как отец или мать, просто притворившись, будто ничего не было. А значит, это нормально. Это нормально выливать негативные вещи из работы или личной жизни на беззащитное маленькое существо, которое ничего не может с этим сделать, – психотерапевт посмотрела левую руку, узнавая время. – Многие люди путают эти две вещи: обсуждение проблем и обвинение своих родителей. А это вообще не одно и тоже. Потому, что прошлого не изменить. Обвиняя кого-то в своей сегодняшней не успешности, вы очень легко можешь соскользнуть в идею, что ничего уже не получится изменить. «Меня таким воспитали», «Я привык так жить», «По-другому не получается». Поэтому, если вы решите обвинить родителя, вероятность решения проблемы нулевая, – она сделала долгую паузу, отделяя следующие слова от темы.
– Но что мне нужно делать, если не обвинять Линетт в том, как все складывается?
– В должны сами прийти к этому решению, а не я должна вас к нему подталкивать, – Майя заканчивала рисовать фигурку велосипеда в блокноте. Это был ее способ ведения досье клиента: легче показать, чем рассказать.
– А если я не найду ответа?
– Все находят. Главный вопрос только в том, как скоро. Ничего плохо нет в том, что вы придете к ответам, которые вас устраивают, позже, чем вы хотели. У каждого разная скорость, и это абсолютно нормально.
– Почему?
– Вы же не обвиняете ленивца в том, что он медленнее тигра, так почему должны обвинять человека? Время консультации закончилось. Хотите ее продлить?
Эльза поникла и почти не шевелилась. В голове звучала фраза психолога «Если вы решите обвинить своих родителей, вероятность решения проблемы нулевая». Работа предстоит более долгая и трудная, чем она могла предположить.
– Надеюсь, вы найдете ответы, как можно скорее.
– Я тоже надеюсь.
– Если вы запишетесь на следующий сеанс, то коробку следует оставить здесь.
– Да, я еще приду. Спасибо вам за выделенное время.
– Это моя работа, – она проводила девушку из кабинета, и села в свое кресло. Майя легла на спинку кресла и посмотрела на потолок. – Почему же родители так поступают с детьми? Сколько еще должно прийти к психологам травмированных детей, чтобы они, наконец, прекратили это?
Она смотрела еще какое-то время в потолок нежного цвета сирени, словно в поисках ответа на вопрос. Но сама прекрасно понимала, что ответа не последует. Ни сейчас, ни когда-либо еще.
9.12.2016
Три часа ночи, а Элия не в состоянии заснуть. Что-то тревожило ее: сегодня он уехал еще до ее пробуждения. До чего же они докатились, что он даже видеть утром ее не хочет?
Она взяла телефон, в Штатах должно быть девять часов вечера, может ли она позвонить? Какое-то чувство говорило ей, что нужно совершить этот звонок, чтобы точно закончить все. Поэтому она дожидается, пока Тин возьмет трубку.
– Ты все так же не забываешь мне звонить, – послышалось с той стороны.
– Просто почувствовала, что соскучилась, – она посмотрела на звезды, которые светили через окно спальни.
– Я тоже соскучился, – наступила недолгая пауза, и Тин продолжил. – Весь день был занят, да и не хотел тебя беспокоить лишний раз. Сделаю все возможное, чтобы вернуться пораньше и быть рядом с тобой.
– Ага, – протянула Элия.
– Тин, ну когда ты уже наговоришься? Вся еда уже остыла! – послышался женский голос из телефона.
С ними должна была ехать только одна девушка, и этот голос очень хорошо знаком Элии. Он же сказал, что все налаживается, так почему он безостановочно продолжает лгать?
– В Рейкьявике похолодало… Когда приедешь, позвони мне, я встречу тебя в аэропорту. Приготовлю суп из редиса и свиных ребрышек, – она закрыла окно шторами, возвращаясь обратно в постель. – Ладно, не буду отвлекать тебя от дел. Да и я сегодня устала. Доброй ночи.
Тин, как же ты можешь так легко лгать мне?
12.12.2016
