Мэл проигнорировала крик Ника и продолжала идти по склону, притворившись, что не услышала его из-за шума листьев.
— Мало того что ты задавака, так ты еще и глухая, — пошутил он, догнав ее и запыхавшись. — Все это время ты читала по губам, а я этого даже не понял.
— Ты меня звал? — спросила она, надеясь, что ее резкий тон его охладит. — Я задумалась и не услышала тебя.
За последние несколько дней Ник все больше беспокоил Мэл. Она была напугана.
Он не получил роль в королевском театре Бата, и Мэл знала, что это из-за нее он не возвращается в Лондон. Он пробыл в отеле уже четыре с половиной дня и пользовался любой возможностью, чтобы ее очаровать.
И ему это удалось. Мэл была не только очарована — она была околдована. Ни один мужчина еще ни разу не оказывал на нее такого влияния, как он. С ним она чувствовала себя легкомысленной и веселой, но когда оставалась одна, опять становилась раздражительной и подавленной. Мэл все время говорила себе, что принимает все слишком близко к сердцу, пыталась выбросить его из головы, но не могла. А он не оставлял ее в покое.
Когда Камелия работала в баре, Ник ей помогал. Вместе с ней он сервировал столы для завтрака. Если она шла в кухню, он шел за ней, разговаривал, смешил ее, подшучивал и флиртовал.
В «Окландз» только о них и говорили. Все ожидали, что это будет роман века. Миссис Даунис не переставая рассказывала о том, каким хорошеньким мальчиком Ник был в детстве. Магнус прямо светился от счастья и предложил Мэл дополнительный выходной в воскресенье, чтобы они с Ником сходили в кино.
Мэл отклонила предложение Магнуса и призналась, что Ник ей нравится, но она не думает с ним встречаться. Но Магнус только рассмеялся и сказал, что она просто набивает себе цену.
Камелия думала, что достаточно настрадалась за все прошлые ошибки, что счастье и чувство собственного достоинства останутся с ней навсегда. Но сейчас Ник был еще одним наказанием для нее. Она не знала, что делать.
Внутренний голос подстрекал ее пойти к Магнусу и все ему рассказать. У Мэл не было прямых доказательств того, что он ее отец. Возможно, он покончил бы с ее мучениями раз и навсегда. Сейчас Мэл не представляла себе, как она признается в том, что прожила под его крышей целый год под чужим именем. Он решит, что она обманщица. А что, если он на самом деле ее отец? Что тогда? Он попросит ее уйти или будет вынужден публично ее признать? Насколько Мэл знала, Магнус никогда не поступит трусливо. В таком случае это будет катастрофой для его семьи.
Все это время не переставая шел сильный дождь, как бы подыгрывая угнетенному состоянию Мэл. Но сегодня утром она проснулась и увидела голубое небо и солнце, хотя и слабое. Она решила, что во время вечерней прогулки все обдумает и, возможно, сможет вернуть себе прежнее душевное равновесие.
Дул сильный ветер, на земле лежал ковер из опавших листьев, которые скрывали лужи на дороге, но на Мэл были удобные ботинки, кожаный пиджак и теплый шарф на шее. От непогоды она была надежно защищена, вот только не знала, как защитить себя от Ника.
Она резко остановилась и оглянулась.
— Я просто решила прогуляться. Не хочу обижать тебя, но лучше мне сейчас побыть одной, — сухо сказала она.
Ник даже рот открыл от удивления и из-за этого стал выглядеть еще моложе. Как всегда, на нем были джинсы и кожаный пиджак. От непогоды его защищал только шарф, свободно обмотанный вокруг шеи. Ник напомнил Мэл медвежонка Руперта. Его замшевые туфли совсем не подходили для прогулки по грязи и лужам.
Все эти дни Камелия старалась не обращать внимания на его внешность, но потом сдалась. Его узкие бедра и упругий зад возбуждали ее, а темно-синие глаза в момент выбивали из колеи. Над его правой бровью был шрам, иногда Мэл так хотелось до него дотронуться. Но именно его губы ее околдовали. Они были такими нежными, полными, глядя на них, Мэл вспоминала о том, как давно она не целовала мужчину.
— Нам надо поговорить, — проговорил он, пожимая плечами. — Я знаю, тебя останавливает то, что я сын босса, но это глупо. Отец не возражает против наших отношений.
Мэл ухмыльнулась, но ее сердце чуть не растаяло. Она решила обидеть Ника.
— Ты еще более невежлив, чем твой брат Стефан, — произнесла она едким голосом. — Я не прислуга в королевском доме. У меня есть голова на плечах. Как я уже говорила, ты мне нравишься. Но это все. Мужчины меня не интересуют, и точка. Будь ты хоть Полом Ньюманом или Стивом Маккуином, я все равно ответила бы «нет». Неужели такого не может быть?
Мэл ожидала, что Ник ответит ей так же дерзко. В конце концов, он был пупом земли и к тому же очень красноречивым, но он просто посмотрел на нее глазами, полными упрека.
— Прости, но я тебе не верю, — сказал он тихо. — Не потому, что я эгоистичный придурок, который думает, что каждая девушка должна валяться у его ног. Просто я почувствовал, что между нами что-то есть. Я знаю, это может прозвучать банально, но я почувствовал это с первых секунд нашего знакомства.
