— Знаешь, нелегко засовывать это в трусики, — засмеялась Кэрол, — очень колется. Я сказала бы тебе раньше, но Сьюзан не предупредила меня, что ты присоединилась к нашей веселой компании.
Настала очередь Сьюзан копаться под полами пальто. Она вытащила свитер и аккуратно сложила его, прежде чем засунуть в сумку.
Камелия, стыдясь, вытащила джемпер.
— Я вся вспотела, когда мисс Пукридж позвала меня, — призналась она, складывая топ и засовывая его вместе с джинсами в сумку. — Раньше мне ничего не приходилось красть.
— Я считаю, что это наш долг, — проговорила Кэрол, закуривая сигарету и откидываясь на стуле. — Платят нам гроши, а требуют, чтобы мы были одеты с иголочки. К тому же такую скидку на одежду, которую они нам делают, можно было не делать вообще. Я чувствую, что это только начало.
Камелия считала, что тридцатипроцентная скидка на джинсы — это очень даже неплохо, но спорить с новыми подругами не стала.
— Скоро у тебя будет полный гардероб одежды, — захихикала Сьюзан. — Но не вздумай запустить руку в кассу, Мэл. На этом запросто могут поймать.
Все девчонки из общежития были разочарованы вечеринкой в Хорнсей-лейн. Понравилось только Маделин, которая была неравнодушна к одному парню оттуда. Из выпивки было только пиво и сидр, никакой еды, а несколько красных лампочек составили все освещение. Квартира была грязной до отвращения, как Маделин и предупреждала, а из музыки были только пара дисков «Роллинг Стоунз», а под них не очень-то потанцуешь. Камелия решила, что все мальчишки были очень высокомерными, неряшливыми и с грязными волосами. Единственным развлечением были «песни протеста», которые исполнял под гитару один парень. Никто не курил марихуану, как обещали, мальчишки только стреляли у девчонок сигареты.
Вечеринка ничего кардинально не изменила. Но то, что девушки придумали, как уговорить мисс Пит разрешить им гулять до часу ночи, то, как они готовились, делали друг другу прически и макияж, а потом обсуждали прошедший вечер, — все это помогло им лучше познакомиться и подружиться.
Всего несколько недель назад Камелии казалось, что будни медленно ползут мимо, не говоря уже о выходных и воскресеньях. Но теперь, когда и на работе, и в общежитии у нее были друзья, дни пролетали незаметно. Вечеринка была лишь предлогом попробовать, какова же жизнь за пределами общежития. Девушкам хотелось взглянуть на тех людей-хиппи, которые слушали музыку ночи напролет, участвовали в демонстрациях и отказывались повиноваться. Сьюзан говорила, что ее дружки принимали что-то под названием «пурпурное сердце», поэтому они могли протанцевать без устали целую ночь. Когда наступит лето, они все поедут на скутерах в Бригтон.
С наступлением весны мода стала меняться, в основном благодаря дизайнеру Мэри Квант. Она моделировала одежду специально для молодежи, используя ткани со смелыми геометрическими рисунками и предлагая юбки намного выше колена. Молоденькие девушки с радостью на это откликнулись. Они поменяли длинные юбки до середины икры и туфли на короткие юбки и ботинки на платформе. Девчонки делали все, чтобы подчеркнуть длину ног. Кто-то по телевизору произнес слово «мини-юбка», и в один миг был создан новый образ.
Камелия во всем следовала моде. Она изучала модные журналы, следила за тем, что носят другие девушки, и спрашивала совета у тех, кто разбирался лучше ее. А те вещи, которые она почти ежедневно воровала из магазина, делали ее первой модницей.
Камелия продолжала худеть и к Пасхе весила не больше пятидесяти килограммов. Она уже не пробегала мимо витрин магазинов, боясь увидеть свое отражение. Вместо этого Камелия смотрела на себя и улыбалась. Она была похожа на куколку: блестящие волосы, глаза, подведенные черной тушью, губы, накрашенные блеском, длинные стройные ноги. Кто бы мог подумать, что толстая некрасивая девочка, которую когда-то прозвали верблюдом, осмелится надеть мини-юбку первой из постоялиц Арчвей-Хаус?
Камелии хотелось, чтобы Бонни увидела, как она изменилась. Девушке по-прежнему было необходимо ее одобрение. Иногда Камелия думала о том, чтобы съездить в Рай. Было бы бальзамом на душу увидеть, как девчонки, которые издевались над ней в прошлом, остолбенеют от удивления и зависти при виде преобразившейся Камелии. Она не хотела видеть миссис Роландз, но было бы так приятно снова встретить Берта Саймондза. Он был ее настоящим другом.
