Когда Камелия нашла письма, то решила, что Бонни специально оставила их там, чтобы полиция их нашла и у каждого из троих мужчин были неприятности. Но сейчас она думала по-другому: письма были слишком старыми. Бонни понадобилось бы что-то новое, чтобы кого-то подставить.
Было похоже на то, что Бонни положила папку под матрас для сохранности, а потом забыла о ней. Но, скорее всего, Бонни продолжала общаться с кем-то из этих мужчин. Возможно, она даже продумывала новый коварный план.
Камелии не хотелось об этом думать. Она спрятала письма обратно в папку и отложила ее. Когда-нибудь она этим займется. Но не сейчас, еще не время.
Только в феврале 1971 года, через шесть месяцев после смерти Би, Камелия узнала, что Джейка посадили в тюрьму. Ночью выпал снег, а когда Камелия пришла в ресторан на обеденную смену, двери были закрыты. Ее работодатель, грек по имени Коста, пришел в ярость из-за отключения электроэнергии, которые случались все чаще. К тому же началась демонетизация. Никто не разбирался в новых деньгах, и особенно Коста. Все спрашивали: «А как это будет по-старому?» Коста, похоже, решил, что снег — это уже слишком, и остался дома.
Камелия редко покупала газеты и почти не ходила в бары. Она села у окна в «Вимпи Бар» на Еарлс-корт-роуд и ждала, пока появится Коста.
Если бы у Камелии не было столько свободного времени, она никогда не узнала бы о том, что Джейка посадили в тюрьму. Первая страница газеты «Дейли экспресс» посвящалась курьезным ситуациям, в которые попадали люди в результате демонетизации. На второй и третьей странице рассказывали о жертвах аварии, которая произошла в январе на Иброкс-парк. Тогда погибло шестьдесят шесть человек из-за того, что сломались барьеры. О суде над Джейком была небольшая статья на четвертой странице, и, если бы там не напечатали его фотографию, Камелия пропустила бы ее. Его настоящее имя было Тимоти Ридинг, о нем писали как о заурядном банковском служащем, а не как о извращенном животном, каким он был на самом деле.
Год назад Камелия сказала бы, что шесть лет тюрьмы за перевоз конопли и распространение порнографических фотографий — это очень строгое наказание. Если бы обвинялись Айден Мерфи или Джон Эвертон, Камелия утверждала бы, что они не заслуживают ничего, кроме штрафа. Но для Джейка шесть лет было слишком мало. Она знала, что это он убил Би.
Косты все не было, некому было открывать ресторан, и Камелия пошла гулять. Только дойдя до Кенингстон-гарден, она поняла, где оказалась. Несколько месяцев она жила так, будто у нее завязаны глаза и заткнуты уши. Может быть, подействовала красота снега, лежащего под ногами, гнущиеся от тяжести белые ветви деревьев, но вдруг Камелии захотелось бежать и даже улыбаться розовощеким детям, одетым в теплые пальтишки, яркие шерстяные шапочки и рукавицы.
Камелия остановилась и стала наблюдать, как мужчина с детьми лепили снежную бабу. Порывшись в кармане, Камелия нашла две черные пуговицы и предложила их вместо глаз. Пуговицы оторвались еще несколько недель назад, и все это время она обходилась без них.
В парке царила праздничная атмосфера. Дети прогуливали школу, бизнесмены облачились в обычные курточки. Собаки резвились, матери катали детей на санках. Компания студентов играла в снежки, и на какой-то миг исчез шум проезжающих мимо машин.
В душе Камелии начала таять ледяная глыба. Ей захотелось сделать снежок и бросить его в собаку. Громко смеясь, она побежала за собакой, а потом изумленно остановилась, потеряв ее из виду.
Камелия поняла, что настало время идти дальше. В Лондоне не осталось ничего, кроме неприятных воспоминаний. Она отправится путешествовать, увидит мир и попытается полюбить себя. Возможно, тогда она станет намного сильнее, сможет разыскать тех трех мужчин и наконец узнает, чья она дочь.
Пот скатывался с тела Камелии прямо на подстилку. Лежа лицом вниз, раскинув руки, она нежилась в лучах солнца. На ней были только миниатюрные трусики-бикини. Камелия лежала и слушала шум моря, которое плескалось у ее ног. На пляже почти никого не было, и Камелия была безмерно счастлива.
«Внутренний покой». Каждый день на Ибицу приезжали десятки хиппи, и из уст каждого слетала эта фраза, словно мантра. Чаще всего они не понимали ее смысла и отправлялись на поиски в Марокко или в Индию. Но Камелия нашла покой без помощи наркотиков или гуру. Она просто изучала себя и знала все свои недостатки и достоинства.
Казалось, Лондон и тяжелые воспоминания остались в прошлой жизни. Даже шрам на колене превратился в тоненькую розовую ниточку. Но Камелия знала — ей пора возвращаться. Скоро бары и магазины, рассчитанные на туристов, закроются на зиму. Ей очень хотелось остаться, но в Лондоне у нее были неоконченные дела, и надо было искать работу.
Услышав звук моторной лодки, которая заплывала в залив, Камелия села и завязала верх купальника. Пришло время уходить.
