О затруднениях с производством раскопок Юлия Густавовна пишет так: “Систематическую раскопку вести не оказалось возможности, соблюдая интересы владельца, и пришлось пользоваться лишь теми частями, на которых лес пострадал от бурь и других вредных влияний и на которых кн. Гагариным было разрешено прокладывать траншеи”. Сейчас городище в очень большой степени разрушено Иваньковским водохранилищем и продолжает размываться. Нужны меры по спасению, охранные раскопки.
Ещё в то время, когда к строительству водохранилищ только приступали, в 1930-е годы, Отто Николаевич Бадер провёл раскопки на Иваньковском, Санниковском и Пекуновском городищах в кимрском течении Волги. Площадка первого из них к тому времени почти не сохранилась, будучи смыта Волгой. Санниковское городище укреплено в древности окружающими его с трёх сторон двумя валами и тремя рвами. Не укреплён был лишь западный, самый крутой склон городища, обращённый к речке Матвеевке, в приустье которой и построена эта крепость. Особое внимание археологи обратили на поиск жилищ, но землянки не проявились, и О.Н. Бадер предположил, что жилища были наземными, тем более, что кое- какие остатки истлевших конструкций удалось зафиксировать.
По подсчётам О.Н. Бадера, две трети керамических сосудов, обломки которых встретились, имели “сетчатый” орнамент, на остальных он отсутствовал. Отто Николаевич определил, что обломки относятся не менее чем к 127 сосудам, но реставрировать удалось лишь один — средних размеров, баночной формы. Интересной особенностью Санниковского городища, существовавшего в первой половине 1 тыс. н. э., когда дьяковцы прошли уже пик своего развития, является наличие значительного числа отходов кремнёвого производства и нескольких орудий из кремня. Если на площадках многих городищ такие находки связаны с существованием здесь более раннего поселения, то в Санникове бесспорен их “раннежелезный” возраст. Можно сказать, что традиции живучи, но это будет эмоциональный, а не научный ответ.
Кстати, первый этап раннего железного века можно с полным основанием назвать не железным, а костяным: настолько велика в это время роль костяной индустрии. Исследователи чаще просто констатируют этот факт, чем объясняют его. Вероятно, навыки обработки камня сильно деградировали, а железо ещё не вошло по-настоящему в повседневный обиход. В это переходное время кости животных заменили скотоводам прежнее сырьё и хоть как-то компенсировали потребность в металле.
Найденный в Санникове кремнёвый топор сходен с фатьяновскими клиновидными, но не отшлифован, что связано, по-моему, с явной утратой прежней техники. Это, конечно, не означает, что абразивная техника вообще деградировала: среди находок много зернотёрок, тёрок и проч. Но они имеют совсем иную функцию, обеспечивая новые отрасли хозяйства. Много в коллекции железных вещей, в том числе втульчатый топор-кельт, ножи с горбатой спинкой, булавки, шилья в виде стержней, тонкий широкий серп. Есть бронзовые украшения и прекрасно сохранившаяся круглая бляшка с ушком, подобная найденной Ю.Г. Гендуне на городище Топорок, но больших размеров.
Очень мощным было, видимо, Пекуновское городище под Кимрами. Уже ко времени раскопок О.Н. Бадера от него оставалась едва ли не пятая часть, но и эти остатки произвели на автора работ сильное впечатление. Я бывал там в начале 1970-х годов, когда участвовал в раскопках известных Пекуновских курганов, и могу подтвердить, что остатки оборонительных сооружений и ныне выглядят внушительно. За два сезона Отто Николаевич вскрыл здесь огромную площадь — 417 кв.м, причём глубина раскопа местами превышала 4 м.
Изучая культурные напластования на городище, Бадер пришёл к выводу о пяти этапах заселения. Первый относится к неолиту, на втором дьяковское поселение было неукреплённым, но жизнь и хозяйственная деятельность шли интенсивно, а три периода реконструкций площадки в последующее время отражают расширение поселения и строительство сложных оборонительных сооружений.
Прекрасна коллекция изделий из кости: наконечники стрел, в том числе втульчатые; острия, в одних случаях служившие проколками, а в других — спицами для вязания; орудие с четырьмя зубцами для расщепления прутьев в операциях плетения; разбильники для разминания ремней; половинка плоской коробочки с тонко процарапанным изображением животного. Есть костяные рукоятки железных орудий труда, в том числе орнаментированные (одна из них украшена стилизованным изображением головы лося). Имеются предметы, изящно обработанные и украшенные, но функция их не выяснена, поскольку они сломаны. Есть железные изделия, но оригинальных среди них нет.
Керамики много, сосуды разных форм, в том числе и профилированные. Тщательный анализ керамики и вещественного комплекса позволил О.Н. Бадеру так датировать этот яркий памятник: III век до н. э. — IV век н. э. Сейчас есть мнение о большей древности нижних слоёв Пекуновского городища.
