Подробное описание этих раскопок оправдано тем, что они проведены на высоком уровне, и выводам учёного-энциклопедиста можно доверять. Он прекрасно знал древности разных эпох на широких территориях. Да и полученные коллекции, как мы убедились, далеко не рядовые. Несколько встреч с Отто Николаевичем в последние годы его жизни, в середине 1970-х годов, много дали мне для формирования отношения к науке, к своему делу, к людям, с которыми работаешь.
Многие годы изучением раннего железного века занимался Пётр Николаевич Третьяков. Он опубликовал множество статей и несколько книг по этим проблемам, в том числе классический труд “Финно-угры, балты и славяне на Днепре и Волге” (M.-Л., 1966). В нём рассмотрена на археологических данных история Великого водораздела, земли истоков, от первоначального заселения до сложения Древнерусского государства. Наиболее известны проведённые Третьяковым раскопки городищ у деревень Городище и Скнятино под Калязином, Бологовского городища.
В разные годы в Тверской области велись раскопки таких дьяковских городищ, как Борки под Вышним Волочком (Александр Христианович Репман), Пентурово и Дулёво под Старицей (Дмитрий Александрович Крайнов), Отмичи (Д.А. Крайнов и Марина Алексеевна Бухтеева) и Поминово (Игорь Георгиевич Портнягин) под Тверью, Графская Гора и Дьяков Лоб в Кимрах (Кирилл Алексеевич Смирнов), Орлов Городок в Молоковском районе (Андрей Дмитриевич Максимов) и многие другие. Материалы этих раскопок пока не сводились воедино.
В России почти не осталось специалистов по дьяковским древностям. Наметилась своеобразная поляризация интересов: с одной стороны, школа “каменщиков”, с другой — круг славистов. А изучение бронзового и раннего железного веков на пространстве Великого водораздела держится на плечах немногих ветеранов и двух-трёх археологов среднего поколения. Замена ушедшим со временем вырастет, но пока — тревожный вакуум, сказывающийся и на решении смежных проблем.
Дьяковская культура была выделена на основании, прежде всего, двух признаков: сетчатой керамики и так называемых “грузиков дьякова типа” — очень своеобразных изделий из глины. Это одна из самых загадочных категорий вещей в нашей археологии. Загадочность усиливается ещё и тем, что находки эти не уникальные, а массовые. На некоторых городищах найдены десятки и даже сотни “грузиков”.
Внешний их вид не способствует приближению к разгадке. Форма проста — перевёрнутый грибок со сквозным отверстием, орнамент примитивен. Но зато сколько было и есть гипотез в отношении назначения “грузиков”! Тут тебе и держатель для лучинки, и вместилище души умершего, и личный амулет, и игрушка, и даже календарь...
Ныне большинство специалистов высказываются в пользу связи “грузиков” с ткацким производством. Мол, либо это насадки на веретёна для стабилизации их положения при вращении, либо грузы на нитях в станке. Изготовлена модель такого станка, она действует, “грузики” вроде бы на месте, но археологи недовольны. Слишком легко разрешилась вековая загадка! Тем более, если заменить “грузики” другими предметами, даже гальками, станок всё равно будет работать. Так что вопрос пока приоткрыт.
Есть ещё несколько категорий вещей, орудий труда и украшений, типичных для дьяковской культуры. Немногочисленность культурных признаков этой общности, мне кажется, не должна смущать учёных. Очень много изделий из дерева, много элементов духовной культуры попросту не дошли до нас.
А погребения!.. Виновата ли кремация или наземный обряд, но ни одного погребения на дьяковских памятниках в Тверской области пока не найдено. Да и самих городищ становится меньше год от года. Они настолько приметны, что дорожники никак не могут устоять перед соблазном устроить в таком месте карьер. Их жертвами стали городища у деревень Загородье и Топальское в Максатихинском районе, Спас-Забережье в Лесном районе, Волосково в Рамешковском районе, Поречье в Калязинском... Печальный этот перечень велик, да и остальные не могут чувствовать себя в безопасности.
Можно и нужно, конечно, как можно скорее ставить открытые памятники на государственную охрану. Но за этим шагом должна последовать и реальная забота о сохранении каждого объекта. Надо привезти на городище ответственного землепользователя и объяснить ему историческую ценность древнего поселения. Не должна остаться в стороне от охранной деятельности и школа. В общем, стоит начать спасательную программу “Городище”. Нельзя допустить, чтобы основной фонд источников погиб, по существу, в самом начале изучения культуры и эпохи.
Время бытования дьяковской культуры определяют по-разному, но своё внутреннее единство она потеряла, видимо, около IV века н. э. Это связано и с западным, балтским, давлением, и с хозяйственными изменениями, и с социальными сдвигами. Качественные изменения проявляются в исчезновении сетчатой керамики, в утверждении небольших по размерам жилищ, предназначенных для малых семей, и т. д. Конец дьяковской эпохи — V-VIII века н. э. Возможно, в это время существует какая-то дочерняя культура.
