— Рени — мое имя-прикрытие для академии. Но если тебе нравиться, можешь звать меня так. Мое настоящее имя ты слышал сегодня. — Я понимала, что он ждет совсем не этот ответ. Но сказать сразу — это как признаться в любви. Сама не понимаю, что останавливает меня. Хочу сказать, а язык словно примерзает к нёбу. — Прости, я знаю, что ты хотел услышать. Там, во сне ты тоже звал меня «моя айлине». Это ведь ты просил ждать и обещал, что непременно меня найдешь?
Сколько времени у меня ушло на эту фразу. Час? Два? Минута? Но в его глазах промелькнул весь спектр смены эмоций. От полной безнадежности до полного безграничного счастья. Все цвета и оттенки осознания, неверия, радости, восторга. Теперь он читался, как открытая книга. С красочными рисунками и крупным шрифтом.
Только появление матушки, ведущей за собой Агеллеру Моригорн, чтобы показать ей свою гордость, коей всегда была оранжерея, уберегло меня от удушения в объятьях дракона. Нет, он не менял ипостась, но на радостях едва сдержался, чтобы не обнять со всей силой. Хорошо, что заметил их первым. И успел воздержаться от обнимания вообще.
— Спасибо, Эйрена. Я очень боялся услышать другой ответ. — Сайрон с трудом пытался взять себя в руки. В глазах плескалось желание не говорить тихо эти слова, а кричать от радости, как он был счастлив услышать то, что услышал. — Я должен объясниться?
— Отчасти. Не перебивайте, если это возможно. — Матушка были еще довольно далеко, но то, что я собиралась сказать, и так будет сегодня достоянием обеих семей, так что роли не играло, услышит ли она. — Так получилось, что я знала, что означает это слово. И что означает факт, что я услышала его так, как оно было произнесено. Надин, та девушка, — я покосилась, не слышат ли нас, — Вы поняли о ком я? — Он кивнул. — Она истинная пара моего очень хорошего друга. Анри. Он же принц Саагар Брендивайн. Это говорю сразу, чтобы не было недомолвок. И ненужных разногласий.
— У вас уже разногласия? А не рано ли для первого знакомства? Извините, подслушивать не планировали. Просто услышала последнюю фразу. — Матушка искренне пришла нас мирить?
Заметила, как потеплел взгляд Ариэллы, встретившись со счастливыми глазами сына.
— Никаких разногласий. Мы прекрасно проводим время, — Сайрон был предельно вежлив и неплохо держал лицо.
— Вы прекрасно смотритесь вместе, дети, — Ариэлла не скрывала радости за сына.
— Мама, только не говори, что… — Сайрон пытался остановить преждевременные выводы?
— Но помечтать-то я могу? — неужели главная мечта наших родителей поскорее сыграть наши свадьбы? — Все родители хотят, чтобы их дети были счастливы, сын. Всегда. Начиная с того самого момента, как понимают, что скоро они станут родителями. Так что не мешайте нам мечтать.
Всего лишь прогулка?
Наш утренний выезд на верховую прогулку не проводил взглядом только ленивый. После ужина родители наши долго беседовали в кабинете отца. Мальчишки увели младших Моригорн хвалиться в оружейную, выпросив у отца ключ от комнаты с коллекционным оружием. Мы с Сайроном вновь оказались вдвоем. Я попыталась было отправить его с Эриками, но он отказался.
Нам было хорошо вместе даже молчать. Дорога была достаточно широкой, и кони шли рядом неспешным шагом на расстоянии вытянутой руки.
— Эйрена…
— Сайрон… — Даже начать разговор мы решили одновременно. — Я хотела… Что ты рассказал своим родителям?
— То немногое, в чем точно уверен. Ты моя истинная пара. Моя айлине. Поверь, эти слова для драконов значат очень многое. Одной встречи взглядами мне хватило для оборота. Вторая позволила сделать оборот контролируемым. А сегодня я узнал, что ты приняла нашу связь истинной пары. Для драконов этого было достаточно, чтобы назначать день свадьбы, поверь. С людьми все сложнее. За последние три тысячи лет драконы живут по законам людей. Поэтому я хочу тебя спросить, позволишь ли ты мне ухаживать за тобой?
— Ухаживать?
— Да, как принято. Нам нужно ближе узнать друг друга, чтобы у тебя был выбор. И что бы ты ни решила, я соглашусь с этим выбором. Но не перестану любить тебя. Я сделаю все, чтобы ты полюбила меня так же. Ты мне позволишь? — любимые карие глаза смотрели с такой нежностью и надеждой, что я не смогла сказать ничего другого.
— Да.
— Спасибо, Рени. — Он поднес мою ладонь к своим губам и, едва касаясь, поцеловал в запястье. От такого невесомого прикосновения табун мурашек пробежался по руке, заставляя на миг замереть сердце. Это было… непривычно. — Прости, я не хотел смущать тебя. Вчера отец получил официальное согласие твоих родителей на наши встречи. Без него я не мог бы сегодня поехать с тобой.
— Вот как? — Ну, Ваше Величество, а как же Ваша настоятельная просьба проводить дракона в Храм?
— Да, пришлось бы брать с собой твоих братьев. — Они бы в таком случае сами добились от отца вышеназванного согласия. Не любят они в Храме бывать.
Лошадей оставили в конюшне при Храме.
Храм умел хранить свои тайны от чужаков. Даже со мной Сайрон видел только прямую мощеную камнем дорожку, ведущую к сияющему прекрасному высокому зданию.
