– Что… – Старик больше не смотрел ему в глаза. – Что это я должен сообщить тебе новость.
Вот, значит, от чего суждено погибнуть заказу, который доверили ему братья-монахи. От руки нотариуса.
– А вы, как я посмотрю, и сами рады явиться сюда. И туника у вас новая, не правда ли?
Нотариус помотал головой.
– Святые отцы были более чем щедры к тебе, оплачивая твое содержание в течение двух лет. Я радовался, видя, с каким христианским милосердием они к тебе относятся. А ты так и не притронулся к алтарной росписи, не сделал ни одного мазка кистью. Видит Бог, я больше не могу защищать тебя.
– Да, но эта церковь – моя студия, мой дом. Я живу в ее стенах.
Нотариус посмотрел в сторону.
Старик, не иначе, ожидал, что Леонардо станет умолять его.
– Мне больше некуда идти, – прошептал художник.
– Мне очень жаль. Правда.
– Да уж. Вы частенько так говорите. – Леонардо протиснулся за спиной посетителя и распахнул дверь. – Впрочем, неважно. Я обращусь прямо к братьям-сервитам и попробую отстоять свой контракт. Ведь это они мои заказчики, они…
– Нет, они больше не заказчики, – прервал его нотариус. – Отныне все дела ты должен решать со мной.
Леонардо отпустил дверь, та с шумом захлопнулась.
– Знаете, на днях мне пришла на ум занимательная загадка, думаю, вам она придется по душе.
– Ах, Леонардо. – Нотариус с укоризной вздохнул.
– Право же, она очень умно придумана. Вы только выслушайте…
– Если захочешь обсудить условия своего отъезда отсюда… ты знаешь, где меня найти.
– Появляются гигантские фигуры, формой и обликом совсем как человеческие. – Тон у Леонардо был задорный, словно он пересказывал забавную шутку. – Но чем ближе к ним подходишь, тем сильнее они съеживаются…
Нотариус отвернулся и вышел на улицу.
– Вот, собственно, и все. Проще некуда, – крикнул Леонардо в спину уходящему старику. Но тот все удалялся, стуча каблуками по булыжникам площади. – Отгадайте, что это! Ну попробуйте хотя бы. А я буду нем как рыба и ни за что не открою разгадку.
Нотариус шагал, не оглядываясь, и вскоре исчез за поворотом.
Подошел Салаи. Леонардо чувствовал, что юноша подыскивает какие-то подходящие слова. Лучше бы он ничего не говорил.
– Господин? А какова разгадка?
Леонардо прислонился к закрытой двери церкви.
– Это уже неважно.
В студии его поджидало письмо. От торговца шелком, Франческо дель Джокондо, мужа той женщины с рынка. Во время их последней встречи, учтиво писал торговец, он еще не представлял, кто такой Леонардо, но он навел справки и теперь знает, сколь многими выдающимися достоинствами обладает маэстро. Кстати, он, Джокондо, покровительствует церкви Сантиссима-Аннунциата, так что их с Леонардо объединяют и общий духовный дом, и общая любовь к искусству. Супруга рассказала ему о любезном предложении Леонардо написать ее. И он, Джокондо, готов заказать мастеру портрет его дражайшей любимейшей супруги – мадонны Лизы Герардини дель Джокондо.
Если письмо не лжет, то его спасительница – не привидевшийся ему ангел, а земная женщина.
Но предложение опоздало. Тем же вечером Леонардо написал ответ герцогу Валентинуа, главнокомандующему папской армией, новоиспеченному герцогу Романьи Чезаре Борджиа с согласием принять должность главного военного инженера. Пусть Флоренция не нуждалась в нем – зато нуждался кое-кто другой. Леонардо отправится на войну.
– На кого он работает?! – Сердитый голос Микеланджело напоминал медвежий рык.
– Я думал, ты знаешь, – пожал плечами Граначчи. Им удалось пробраться на площадь перед Дуомо вместе с другими флорентийцами, и теперь все, от мала до велика, ожидали, когда начнется пасхальное шествие.
– Интересно, как я мог узнать об этом? – уже спокойнее спросил Микеланджело. – Я много недель провел у себя в мастерской в совершенном затворничестве. – Только сегодня, на Пасху, Микеланджело оставил свой безмолвный мрамор и впервые более чем за месяц выбрался на улицу, истосковавшись по человеческому общению. Узнав новость, он не поверил своим ушам. – Леонардо, может, и несносный гордец и задира, каких поискать, но он не предатель.
– Флоренция отказалась взять его на службу, вот он и предложил свои услуги ее противнику. – Граначчи вытянул шею, пытаясь поверх головы какого-то верзилы рассмотреть, что делается на ступеньках Собора. – Это чистая правда, mi amico. Теперь Леонардо да Винчи служит военным инженером у Чезаре Борджиа.
