И тени появились рядом с ним – они скакали плавно, будто во сне. Киран плохо различал их, но слышал треск сучьев, неторопливый и странный стук копыт. Олень промчался в тумане, но он был черен и вскоре скрылся во тьме. И черная птица пролетела мимо с недобрым взглядом. Увидев Кирана, она вскрикнула и пронеслась дальше. Он бежал дальше, едва дыша, и временами, казалось, почва уходила из-под ног, и он оступался. Псы лаяли, повергая в ужас его плоть, и рана его начала саднить, все больше заполняясь болью. Затем послышался топот уже более тяжелого скакуна, и ветер принес звук рога.
Что-то, завывая, шмыгнуло мимо. Киран метнулся в сторону и налетел на другую тень, заметив, как исказились облики деревьев. Дорога становилась все темнее и темнее, рифмуясь со смертной ночью, чего не могло быть в эльфийском лесу. Его охватил внезапный ужас, что он вообще перепутал направление, что он бежит и стремится к врагу, в те земли, где даже камень не сможет спасти его. Подул ветер, но не разогнал туман, а лишь заморозил Кирана да костей.
– Арафель! – отчаянно закричал он, ни на что не надеясь. – Арафель!
И тень сгустилась перед ним. Он метнулся в сторону, но она поймала его, и камень потеплел у него на груди.
– Имена имеют свою силу, – промолвила Арафель. – Но нужно трижды произнести их.
Он поймал ее руку и сжал ее, закрыв глаза, ибо мимо проносилась гурьба теней, и Охотница среди них. Вид той был столь ужасен, что Кирану показалось, она навсегда оставит шрам в его памяти.
И холод отступил. Он открыл глаза, и они уже выходили из тумана на солнечный свет, к зеленому лесу, к лугам с бледными цветами. Киран без сил упал на траву, и Арафель опустилась рядом, спокойно выжидая, когда он отдышится.
– В тебе больше смелости, чем мудрости, – сказала она.
– Мне нужна твоя помощь, – промолвил он. – Ты нужна им.
– Им! – Она вскочила на ноги, и голос ее задрожал от негодования. – Их войны – это их войны. Ты же видел. Ты знаешь, что есть выбор. И ты вернулся по собственной воле. Разве ты не знаешь теперь, что нам сделали люди?
Он не мог найти доводов. И серая дымка окружила его, как настоящего эльфа в минуту печали, когда мир переставал устраивать их или в мире для них больше не было места.
Ее гнев утих. Киран чувствовал, как тот замирает благодаря своему камню. Она опустилась на колени рядом с ним и прикоснулась к его лицу, к его сердцу, все еще холодному от воспоминаний о псах.
– Это, – Арафель дотронулась до камня, – и железо не переносят друг друга. Теперь ты это знаешь. Ты стал мудрее, чем был. А когда ты еще больше помудреешь, ты узнаешь, что у тебя нет с ними ни общей судьбы, ни мира.
– Я видел сны, – промолвил он, – и теперь я знаю, кем вы были. Я прошу твоей помощи. Арафель-Арафель-Арафель, я прошу тебя помочь Кер Веллу.
Лицо ее стало холодным и спокойным.
– Слишком умен, – промолвила она. – Берегись таких заклинаний.
– Тогда возьми свой дар обратно, – ответил Киран. – В нем нет сердца.
– Это и есть наше сердце, – отрезала она и пошла прочь. Он встал и огляделся, посмотрел на зайцев, которые торжественно восседали под белым деревом. В отчаянии Киран тряхнул головой и собрался выбросить камень, но это была его единственная надежда вернуться в собственную ночь. Он шел уже раз этой дорогой и снова двинулся по ней под серебряными деревьями, все дальше и дальше в туман, ибо он правильно выбрал путь, и страх его прошел. И он ни разу не оступился в самом густом и неестественном тумане. Деревья расступались перед ним, пока впереди не появилась его комната. Он различил ее. Черная обитель в сумраке. Киран вошел в нее, и стены снова сомкнулись вокруг него.
Всю ночь он просидел не шевелясь. Снов не было. Перед восходом он немного поспал, проснувшись, вымылся, оделся и спустился в зал с душой, занемевшей для страха, даже когда взгляд его остановился на людях Скаги, стороживших его. Киран вошел в зал, где собрались уже все остальные, и тишина воцарилась.
– А есть ли место здесь для меня? – послышался чей-то легкий голос. Он взглянул. То была Арафель.
Заскрипели кресла и скамьи, и все повскакивали из-за стола. Бранвин замерла, прижав руки к лицу. Скага схватился за меч, но так и не вытащил его из ножен. Арафель стояла спокойно, ее лесные одежды потускнели и были залатаны. Меч висел у нее на боку, а бледные волосы были стянуты сзади. Она походила на высокого стройного юношу.
– Давненько я здесь не была, – произнесла она среди всеобщего молчания.
Со стен раздавались сигналы тревоги, сзывая всех к битве. Но никто не тронулся с места.
– Меня призвали помочь вам, – добавила она. – Я спрашиваю – вы хотите этой помощи? Скажите: помочь или удалиться?
– Мы не смеем принять такую помощь, – сказала Мередифь.
– Это опасно, – добавил арфист.
– Это правда, – согласилась Арафель.
– Арафель, – промолвил Киран. – В чем здесь опасность?
Она взглянула на него своими бледными глазами.
– У Вина Ши есть другие враги. Есть многое такое, чего ты не видишь. Прошло много, много лет с тех пор, как войны в последний раз достигали Элда.
