Уже когда выехали со стоянки «Метрополии», практически одновременно, пропиликали два сообщения — дядьки прислали по тридцать тысяч рублей с пометкой «Твоя доля от выигрыша». Деньги эти отправил им обратно, указав в комментарии: «В подачках не нуждаюсь!» Только собрался убрать телефон, как поступил вызов от отца:
— Поздравляю с победой, Алексей!
— Спасибо!
— Чего так быстро убежал?
— Алексию сегодня в тур провожаем. — можно сказать, что и не соврал совсем.
— Понятно. Завтра, после учёбы не задерживайся, а иди прямо домой. Прохор предупреждён. Поедем к генералу Нарышкину, командиру Корпуса, заново знакомится будем. На вечер тоже ничего не планируй, нас ждут в Жуковке. Договорились?
— Договорились.
В «Русской избе» я был около половины двенадцатого, успев по дороге заехать в цветочный магазин и купить большой букет роз для Алексии и маленький для Вики. Народ уже успел выпить и расслабиться, так что от моих оправданий просто отмахнулись, заметив, что всё прекрасно понимают. Девушки поблагодарили меня за цветы и налили «штрафную», после чего веселье продолжилось. Единственный, кто несколько терялся в моём присутствии, был Пафнутьев. Заметив это, Прохор ему заявил:
— Виталя, Алексей Александрович не кусается! Многое другое может, но не кусается! Ответственно тебе заявляю! Так что расслабься!
Расслабился сотрудник Тайной канцелярии, однако, только после того, как рядом с ним уселась Алексия, и что-то сказала.
— Алексей Александрович, ваше здоровье! — поднял рюмку он, а Леся довольно заулыбалась.
— Ваше здоровье, Виталий Борисович! — отсалютовал своей рюмкой я.
Через некоторое время меня отозвал в сторону мой воспитатель.
— Лёшка, отец твой звонил. Завтра, после занятий, у тебя расписан весь вечер. Ты в курсе?
— Да. — кивнул я. — Он мне тоже недавно позвонил.
— Тогда завтра не задерживайся. Забежишь домой, переоденешься, и сразу поедем. А ты про подарки Леськины не забыл? — он достал из пакета две красных бархатных коробочки. — Мне кажется, что ей сегодня их самое время подарить.
— Прохор! Чтобы я без тебя делал! Конечно же забыл! — повинился я. — Но перед Викой теперь будет неудобно…
— Ничего страшного, до поездки в Сочи что-нибудь придумаем. — успокоил он меня.
Вернувшись за стол, я привлёк общее внимание и произнёс тост, в котором пожелал Алексии удачного тура, не забывать про нас и почаще прилетать домой в перерывах между выступлениями, тем более что такая возможность у неё теперь есть. Отдельно сказал, что мы все будем по ней скучать, сами, при первой возможности, будем её навещать. А чтоб Леся уж точно нас не забыла на этих самых гастролях, дарим маленький подарок — я достал по очереди коробочки, открыл их и поставил перед девушкой на стол. Цепочка, серёжки и колье таинственно засверкали в освещении ресторана, привлекая внимание всех за нашим столом. Когда же она пришла в себя, еле от неё отбился… А потом обе красавицы выпали из нашей компании, занятые разглядыванием украшений. Было забавно наблюдать за всегда сдержанным Пафнутьевым, который с лёгкой улыбкой наблюдал за своей воспитанницей. Через некоторое время Леся убежала домой за подаренным ей раньше кольцом. Вернувшись, надела весь комплект полностью и продемонстрировала его нам. Всегда был равнодушен к цацкам — к кольцам, цепочкам, браслетам и прочей ерунде. Исключение составляли лишь часы, и то… Подаренные дедом на шестнадцать лет золотые «Полёт» так и лежали в подарочной коробке, зачем их носить, если есть телефон? Особенное предубеждение у меня было к мужчинам, которые носили серьгу в одном ухе. Был у нас в Лицее такой мальчик… Когда его увидел Прохор, забиравший меня с занятий, он сплюнул и уже в машине рассказал мне анекдот:
Приходит как-то сын-студент домой после занятий с серьгой в ухе. Отец, заметив украшение, произносит:
— Сынок! Серьги в ушах носят или пираты, или пид…сы. А вот корабля я за окном что-то не наблюдаю…
Всё это, конечно, лирика, и в украшениях я ничего не понимаю, но этот гарнитур с маленькими и большими рубинами смотрелся на Алексии очень красиво! Да и сама она была крайне довольна. А у Вяземской так вообще глаза горели! Вот тебе и Валькирия! Шею кому свернуть — нет проблем, стрелять на поражение — не вопрос, с мужиками на кулачках сойтись — запросто! А увидела красивое украшение — взгляда отвести не может! Придётся теперь и её чем-то радовать, иначе побьёт, или, того хуже, доступ к телу ограничит…
Закончили мы сидеть около двух часов ночи. Проводили Сашку Петрова и Виталия Борисовича Пафнутьева, который уже на улице чуть расчувствовался и обнял Алексию, трогательно поцеловав ту в лобик.
— Леська, — уже в квартире нашей звезды сказала Вика, — вот что не говори, я твоего отца не в первый раз вижу, и в Кремле наблюдала, и… — она осеклась. — Но каждый раз мурашки по телу бегут от его взгляда. А с тобой он… другой. Как так?
— Отцовская любовь! — улыбнулась Леся. — Маму с братьями и сёстрами он ещё больше любит.
