— Начнёт принимать взрослые, взвешенные решения, а не руководствоваться сиюминутными желаниями и прихотями, начнёт спрашивать с себя и с других за слова и действия. Это только в сказках, Машенька, дурак учится на своих ошибках, а умный на чужих. Пока своих шишек не набьёшь, ума не прибавится. Вернее опыта. Вот и Алексею надо опыта набраться, чтоб на мир чуть по-другому посмотреть и повзрослеть. А на это требуется время. Да и с точки зрения репутации в обществе одни плюсы — повёл себя Алексей достойно, обидчика своего чуть не убил, Роду виновницы произошедшего предъявил. — Александр усмехнулся. — Осталось только добиться выполнения своих требований, и за твоим братом закрепится нужная репутация. Так что когда мы его объявим, он будет не просто Великим князем Алексеем Александровичем, а тем самым Великим князем Алексеем Александровичем, Машенька.
— Я поняла… А вы ему поможете?
— Получить извинения от Юсуповых и Куракиных?
— Да. — кивнула Мария.
— Нет, конечно! — заулыбался Александр.
— Почему? — расстроилась она.
— А ты хочешь, чтоб про твоего брата за спиной говорили: «Конечно, если бы мне Император с Цесаревичем подмогли, я бы тут вааще!», или «Понятно всё! А сам-то Алексей что-нибудь умеет?»
— Так не хочу! — замотала головой Мария. — Это по репутации всего нашего Рода ударит…
— Вот и я по то же… — кивнул Александр. — Но мы Алексею всё равно поможем — через Прохора информацией снабжать, вмешиваться в действия твоего брата не будем и другим не дадим, ну, и так, по мелочи… В конце концов, Юсуповы, в первую очередь, нас оскорбили, а уже потом Пожарских! Так что извинения Алексей получить просто обязан! — закончил зло Цесаревич.
— Пап, а что теперь с Ингой будет? — Мария слегка испугалась выражения отцовского лица. — Она же подружка всё-таки моя… Да и чувства опять же романтические замешаны…
— Род Юсуповых будет решать, что им с твоей излишне романтичной подружкой делать. Но одно знаю точно — большей части своего приданного она лишится. Юсуповым надо от Куракиных откупаться, а большая часть так вообще Алексею отойдёт. Не хотите войны — откупайтесь. Всё просто. Вот поэтому дворяне очень тщательно следят за своими словами и действиями, и думают головой, а живут чувствами. Потому что можно лишиться не только головы, но и пустить свой Род по миру. И ещё, Машенька, мне доложили, что там ещё одна твоя подружка, Наташка Долгорукая, не очень хорошо последнее время с Алексеем вела. Слава богу, что в этой некрасивой истории она не поучаствовала, и, говорят, даже Юсупову пыталась отговорить… Пока запрещаю тебе с ней общаться.
— А с Андреем? — у Марии на глазах выступили слёзы.
— Можешь. — кивнул Цесаревич. — К ним с Анькой Шереметьевой претензий нет.
Погода в Сочи радовала — солнце, солнце и ещё раз солнце! Ни единого облачка! И зелень вокруг! Если с температурой окружающей среды вполне успешно справлялся ментальный доспех, да так, что даже в лютые морозы можно было ходить в чём мать родила, а в жару — тулупе, то вот с эстетическим восприятием окружающей действительности и её влиянием на эмоциональную сферу были определённые проблемы — октябрьский зелёный Сочи не шёл ни в какое сравнение с унылой и серой октябрьской Москвой. Настроение начало подниматься, и не только у меня одного — Сашка Петров как уставился в окно с открытым ртом, так и ехал, совершенно не обращая на нас никакого внимания. Великие князья сидели в креслах с большим трудом, ерзали, обменивались многозначительными взглядами и хмыкали, расправляя плечи. Вика теребила свой топик, который она успела одеть во время рулёжки после приземления. Бюстгальтером она, что характерно, побрезговала, а Великие князья явно обратили на это внимание. Один Прохор был собран и деловит — на него, беднягу, внезапно свалилось «счастье» по обеспечению не сколько безопасности трёх Великих князей, сколько охрана окружающих от этих трёх Великих князей.
Поместье Пожарских встретило нас открытыми воротами, управляющим на крыльце и нарядной девушкой из обслуги в кокошнике с хлебом-солью на подносе.
— Коля, Саша, не побрезгуйте. — сказал я межующимся братьям. — Род Пожарских старался. Проявите уважение.
Великие князья выступили вперёд, отломили от каравая по куску, окунули в соль и принялись есть. Формальности были соблюдены, и мы прошли в дом, в котором каждому полагалось по комнате. Вика стесняться не стала и сразу заняла комнату рядом с моей, кинула там шмотки и пришла ко мне.
— Надо бы Марии Фёдоровне позвонить… А то волнуется бабушка… — грустно улыбнулась она, а я кивнул и закрыл дверь на замок.
Отчёт Вики Императрице был краток — она описала все утренние события, старательно избегая высказывания своего отношения к произошедшему.
— Сейчас Алексей уже успокоился… Нет, никакого негатива про Романовых не высказывал, к Великим князьям доброжелателен… Сейчас обедать собираемся, а потом пойдём на пляж. Вечером на концерт… Да, Государыня, отчёт будет готов в понедельник. До свидания, Государыня! — Вика убрала телефон. — Лёшка! Как же мне стыдно! — она разревелась.
