Камень Книга четвёртая полностью

– И мне. – поддержал брата Александр. – Родителям еще ладно, можно кое-что рассказать, и то, с мамой подробностями делиться не стоит, а вот друзья… Я теперь понимаю, Лешка, почему ты нами так неохотно рассказывал про свою службу в Корпусе.

– Ваши будущие ордена на кителе скажут все за вас, братики! – я улыбался. – Прохор плохому не научит!

Перед самым сном меня с воспитателем вызвали к Цесаревичу.

– Так, оба-двое… – он указал нам на стулья. – Завтра полетите на спецзадание. Вернее, полетите, если ты, Прохор, дашь свое добро.

– Слушаю внимательно, Саша. – посерьезнел тот.

– Скажу сразу, в ближайшее время планируется очень серьезная и важная операция, в которой вы все мне очень пригодитесь, и я должен быть уверен в исполнителях полностью. Не буду пока раскрывать подробности, скажу лишь одно – без большого количества трупов там точно не обойдется. Ваше завтрашнее задание будет некой подготовкой к этой важной операции. Задача же будет простой – надо уничтожить группу из примерно двадцати Никпаев. Я специально полковнику Пожарскому приказал этих абреков пока не трогать, берег именно для такого случая. Как ты уже наверняка понял, Прохор, если в тебе с Алексеем я не сомневаюсь, то вот в отношении Александра и Николая существуют у меня вполне обоснованные опасения.

– Саша, давай говорить прямо. – вздохнул воспитатель. – Ты хочешь, чтобы я завтра отдал приказ Александру с Николаем на уничтожение противника, и проследил за выполнением приказа?

– Именно. – кивнул отец. – И еще ты должен проследить, чтобы Александр с Николаем не расклеились, и к предстоящей важной операции подошли в оптимальной психологической форме.

– Одно условие.

– Слушаю.

– Когда пойдет зачистка маковых полей, дай возможность племянникам отвести душу.

– Договорились. – кивнул отец.

По дороге в палатку Прохор мне сказал:

– Завтра ничему не удивляйся и, если что, поддержи братьев. Можешь и сам к веселью присоединиться, не стесняйся гасить абреков наглухо, потренируешься хоть. Там все равно гигантская братская могила потом будет.

Николай с Александром еще не спали.

– Так, молодые люди! – с порога начал воспитатель. – Возможно завтра нам с вами придется устранять ошибки командования. Подробностей не ждите, еще ничего до конца не ясно. Спокойной ночи! Как поняли?

– Есть, спокойной ночи. – повздыхали братики и закрыли глаза.

***

Поднял нас Прохор около половины шестого, а в вертушке уже начал вовсю психологически накручивать, типа, одна из афганских групп ушла от преследования пограничников и собирается слиться с другой группой абреков, чего допустить никак нельзя. Кроме того, воспитатель упомянул, что этой самой первой группой во время последнего боя было зверски убито пять пограничников, и именно поэтому Цесаревичем был отдан приказ пленных не брать, афганцев уничтожить в полном составе.

– Готовы, бойцы? – оглядел нас Прохор.

– Готовы. – кивнули мы.

Причем, я сразу же, а братики с некоторой задержкой.

– Тогда смотрите сюда. – воспитатель достал планшетку с картой и стал водить по ней пальцем, указывая место высадки, маршрут до лагеря абреков и наглядный план операции с привязкой к местности.

До лагеря афганцев мы добирались на темпе – Прохор нас постоянно подгонял. Была у меня уверенность, что воспитатель делал это специально, чтобы не дать молчаливым и сосредоточенным Николаю с Александром времени на ненужные размышления о ценности человеческой жизни. Через каждые пять минут от воспитателя слышалось:

– Не расслабляемся, орлята! Прислушиваемся к себе, глядим по сторонам! Камень, как обстановка?

– Чисто. – отчитывался я.

– Вперед, бойцы! Семь верст не крюк для бешенной собаки!

Через полчаса оказались на месте.

– Зверь, впереди часовой. Один. Могу работать.

– Работай, Камень. Наглухо.

Сознание часового погасло навсегда…

– Сделал, Зверь.

– Камень, укажи Второму и Третьему направление, пусть проверят тело. Нам проблемы в неподходящий момент не нужны.

Николай с Александром метнулись в указанном мной направлении и вернулись к нам с Прохором уже тогда, когда воспитатель выбрал одну из скал, с которой отрывался не самый плохой вид на лагерь афганцев.

– Отлично. Метров шестьсот пятьдесят до абреков будет… Самое оно…

– Зверь, часовой мертв. – отчитался аккуратно подползший Александр. – А вон там я заметил движение.

– Камень, анализ обстановки. – скомандовал воспитатель.

Темп!

– Все спокойно, нас никто не ждет. – принялся я докладывать. – В трех палатках порядка пятнадцати-семнадцати человек, во-о-он там и там еще два часовых. Информацию Второго подтверждаю.

– Слушай мою команду. – негромко сказал Прохор. – Камень остается со мной и занимается оставшимися двумя часовыми, Второй на лагерь заходит по левому склону, Третий – по правому. Максимальное приближение к лагерю триста метров, не больше. Атаку начинаем по моей команде, не раньше. И помните, это враги, которые не только покушались на ваших сестер и других детей, но и отравой барыжили на территории Империи. В живых не оставлять никого. Готовы?

– Да.

– Да.