Если честно, то я так и не понял, зачем меня вообще взяли с собой на эту операцию – если братьев отправили с группами другого моего дядьки, Константина, и полковника Игнатьева, а Прохор прикрывал группу подполковника Мехренцева, то мы с Литвиненко постоянно находились с полковником Пожарским, приказавшим не отходить от него ни на шаг. Подозревал я, что взяли меня только для того, чтобы еще чего-нибудь в городке со мной не приключилось, а дядьке с Литвиненко отец приказал держать меня при себе. Вот и приходилось нам с Лешим следовать примеру дядьки Григория и пялиться на происходящее внизу через бинокли.
А там происходило то, к чему я здесь уже порядком привык – буйство стихий, уничтожающее все на своем пути. У афганцев не было никаких шансов, несмотря на все их попытки сопротивления, а уж про контратаки я вообще молчал.
– Дядька, как-то это не спортивно. – не выдержал я. – Обычная тотальная зачистка территории, никакого творчества. Могли бы и покуражиться напоследок…
Литвиненко усмехнулся, а дядька, продолжая следить за «боем», зажал микрофон гарнитуры рукой и поморщился:
– Покуражиться, говоришь?.. Ты, Лешка, не сравнивай жопу с пальцем. Там, внизу, обычные абреки, хоть и привыкшие по горам лазить, завалы из камней делать, да маковые поля от набегов соседних Родов охранять. А у меня, на секундочку, в подчинении профессиональные военные, задача которых максимально эффективно выполнить приказ и вернуться домой живыми. Вот дома они и покуражатся со своими женами. А моя обязанность сделать так, чтоб у моих бойцов такая возможность была. У тебя, Лешка, прости за резкость, детство в жопе до сих пор играет. Покуражиться ему захотелось…
– Что есть, то есть. Отрицать не буду. – кивнул я. – А как же творческий подход, отработка новейших приемов в тактике и стратегии? Или таковых нет? – и решил «добить» его. – Наконец, тренировка методов полевого допроса в боевых условиях на доступном человеческом материале? Я бы, например, с удовольствием кого-нибудь экстренно допросил… в лучших традициях Тайной канцелярии.
Улыбка Литвиненко становилась все шире и шире, он даже бросил следить за ходом боя и сосредоточил все свое внимание на нашей беседе.
– Лешка, ты начинаешь меня пугать и настораживать. – вздохнул дядька. – Прекращай подобные разговоры в моем присутствии, маньяк малолетний. Потрошения ему захотелось… В бумагах я этого нигде отражать не буду, но отцу твоему на тебя пожалуюсь. Как и твоему деду Михаилу. Все, не мешай, я на службе. И следи за происходящим внизу, тебе еще отчет писать.
– Скучный ты, дядька… – только и оставалось вздохнуть мне.
Дядька же, не обратив внимания на мои последние слова, продолжил следить за ходом боя, а мы с Литвиненко уселись рядом, прямо на камни, и тоже продолжили наблюдать за боем – отчеты, бл@дь, еще никто не отменял.
Минут через двадцать гвардейцами были подавлены последние очаги сопротивления, проведен контроль, и группы начали стягиваться в условленное место.
– Вертушку я вам вызвал. – сказал нам дядька, когда мы тоже начали спускаться с горы. – Николаич, я Александру Николаевичу коротенько доложился о выполнении поставленной задачи, но ты по прилету продублируй, будь другом. Мы сейчас начнем движение по заранее разработанному плану, а вам удачи в охоте на Никпаев.
– Тебе тоже, Михалыч.
***
По прилету в городок, после обеда, Прохор нам приказал ложиться спать – операция планировалась ближе к вечеру. Вот этот приказ воспитателя мы выполнили с огромным удовольствием и с готовностью улеглись в койки.
Подъем, как всегда, был неожиданным…
Перед вылетом Цесаревич устроил краткий инструктаж:
– По информации Пограничной службы, верхушка Никпаев сейчас находится в одном их своих загородных домов. Общая их численность составляет порядка тридцати человек. Более точных данных добыть не удалось, у пограничников приказ не приближаться к дому ближе, чем на три километра – есть серьезные основания считать, что среди Никпаев может быть колдун. Вот примерный план дома и остальных построек, за точность не ручаюсь. Десять минут на изучение.
Так… Вытянутое одноэтажное строение с кучей комнат… Гараж и хозяйственные постройки…
– А это что за ангар? – поинтересовался Прохор.
– Маленький заводик по производству наркоты и склад готовой продукции. – пояснил Цесаревич. – Нам все это надо будет потом сжечь, вместе с другими постройками. Ознакомились? Теперь к деталям. Все помнят, что Никпаев надо брать только живыми и все их гаджеты нужны в исправном состоянии?
– Да.
– Следующее. После высадки старшим нашей группы назначается Прохор Петрович Белобородов, когда начнем работать, старший Алексей. Приборы ночного виденья все взяли? Вопросы? Предложения? По коням!
В вертолете Прохор посадил нас с полковником Литвиненко рядом с собой:
– Леший, исходя из того, первого нашего приключения на горе,
– Есть такое дело. – кивнул тот.
– Тогда мы не будем напрягать Камня, а всю дорогу до дома Никпаев ситуацию будешь контролировать ты.
