— Нет, — лекарь покачал головой. — То, о чем вы говорите, тоже обычно заканчивается смертью, но здесь иное, — он пошевелил Нэнью и показал ее изодранное на груди платье и расцарапанную шею. — Ее как будто что-то жгло в этих местах. Страж сказал, что она начала метаться через какое-то время после того, как он спустил ведро с едой. Женщина пожаловалась ему на боль в горле и желудке. Мальчик, — лекарь поморщился, — решил, что она его обманывает либо это простое отравление. Он догадался позвать меня, только когда она стала стонать и плакать. Когда я пришел, — он развел руками, — было уже поздно.
— Болезнь или яд? — коротко спросил Дазьен.
— Я бы сказал, что яд, — ответил лекарь. — У меня богатая практика, но еще никто из моих больных не умирал так быстро и с такими симптомами.
Тьер тяжело вздохнул, глядя на мертвую телохранительницу.
— Вы можете определить, каким ядом ее отравили?
Лекарь пожал плечами.
— За этим вам скорее к придворному лекарю, я-то всего лишь солдатский костоправ. Если яд дорогой, то вам должно быть о признаках известно больше, чем мне, — он подмигнул Тьеру, но под строгим взглядом советника его улыбка поблекла. — Какой яд… — он нагнулся и понюхал полное жижи ведерко. Похоже, это была еда для заключенных. Невеньен чуть не стошнило от одного ее вида. — Бездна его разберет, что за яд. Пробовать на язык мне, знаете ли, не хочется, а так, навскидку, понять сложно. Может быть, это настойка огневицы и заячьей погибели, которые на каждом лугу растут, а может, знаменитая "Змеиная кровь" из арджасских пустынь. Мне то неизвестно.
— Ладно, спасибо за помощь, — поблагодарил Тьер.
— Не говори пока никому об этом, — посоветовал Дазьен.
Мужчина кивнул.
— Само собой… Я могу пока вашего придворного лекаря позвать, пускай он поглядит на нее.
Получив одобрение от Тьера, он ловко вскарабкался наверх, будто делал это каждый день. Не исключено, что так и было. Невеньен подумала, что в ямах, должно быть, постоянно случаются травмы и обморожения, а кожа покрывается язвами. Если бы только знать, что здесь так ужасно… Согласилась бы Невеньен простить Нэнью или нет?
Она вспомнила о том, что ямы практически никогда не пустуют, и большинство людей оказываются в них заслуженно. Невозможно дать поблажки одним, "забыв" о других. А если Нэнью все-таки отравили, то неважно, где бы это произошло — убийца мог подмешать яд и тогда, когда телохранительница находилась в поместье. Значит, Невеньен поступила правильно. Однако смерть Нэньи все равно лежала на ней.
— Теперь мы можем быть уверены в том, что если кто-то подстроил смерть короля Акельена, то Нэнья в этом не участвовала, — хмуро произнес Тьер. — К сожалению, под подозрение в предательстве становятся все остальные жители поместья.
Дазьен тихо выругался.
— Она была одной из самых верных подданных и неплохим магом, защищала сыновей короля Ильемена все эти десять лет. Не могу понять, зачем кому-то понадобилось ее убивать, когда оба мальчика погибли.
— Это предупреждение, — прошептала Невеньен, опершись на стену из-за внезапной дурноты. Мужчины озадаченно посмотрели на королеву, как будто только сейчас вспомнили, что она тоже спустилась в яму. — Вместе с троном я унаследовала от мужа и его врагов. Они предупреждают, что меня не защитит никто, даже лучший маг, как он не защитил и Акельена. Лорд Тьер, — она встретилась с ним взглядом, — вы все еще считаете, что мне не следует искать дорогу назад?
Невеньен захлопнула ларец, в котором хранилась королевская печать, повернула ключ и с облегчением вздохнула. На сегодня хватит. Ну, если не на сегодня, то по крайней мере на пару часов.
Она выглянула в окно, гадая, сколько просидела за нашлепыванием печатей. Близился вечер. Лорды в эти часы ужинали или отдыхали от дел. Невеньен первое было запрещено до наступления темноты (она голодала уже семь дней подряд!), а второе… Что ж, делами она тоже уже пресытилась. Самое время отдохнуть.
Собственный кабинет за последние дни опротивел ей настолько, что она не желала в нем оставаться ни единого лишнего мгновения, а опочивальня после долгих бесплодных ожиданий Акельена до сих пор вызывала неприятные чувства. Может быть, прогуляться в сад? Подышать свежим воздухом было бы хорошо.
Из гостиной доносились два приглушенных голоса — мужской и женский. После смерти Нэньи Жевьер настоял на том, чтобы дежурить не у дверей покоев Невеньен, а внутри. Невеньен не представляла, как это поможет защитить ее от яда, но под давлением Тьера и Дазьена согласилась. Пускай хоть целый полк ее сторожит, Гередьес — или кто там отравил Нэнью — все равно найдет способ убить королеву… Зато теперь ее служанка получила возможность напропалую кокетничать с Жевьером. Перед госпожой они оба сохраняли невозмутимый вид, словно она ни о чем не догадывалась.
— Эсти! — позвала Невеньен. — Подготовься к прогулке.
Голоса тотчас стихли, и на пороге появилась служанка, держащая в руках легкую накидку для королевы. Удивительно, как у Эсти получается делать все так споро. Жаль, она не могла научить хозяйку, как быстрее шлепать печати.
